Голоса ночи (сборник)

И они смотрели лодку, резиновую лодку, уже надутую, которая так чудесно пахла – резиной, резиновым клеем, резиновыми сапогами отца, рекой, рыбой, которая еще была в реке, но на рассвете будет в лодке. Зачем теперь об этом думать?

Женщина вышла и быстро направилась прямо к лавочке. Прошла мимо, слегка задев взглядом сидящую в тени Машу. На этой женщине были туфли без каблука, на мягкой подошве, и ее шагов не было слышно. Зато каблуки Маши так застучали, когда она встала и пошла следом, что она содрогнулась – надо было обуться иначе, надо было, но что теперь толку сожалеть об этом? Цель была близка, и руки у нее холодели – от волнения, от страха, от радости.

«Да, от радости! – сказала она себе. – И я рада, что скоро все кончится, потому что, если я не выясню, что происходит, я сама сойду с ума, как Игорь, будь он проклят, да проклят!»

Женщина, за которой она шла, прибавила шагу. Свернув на набережную, она прошла еще метров двадцать и остановилась возле белой машины, марку Маша определить не смогла, она не разбиралась в машинах, а эту вообще видела в первый раз.

«Неужели сядет и уедет? – спросила себя Маша, замедляя шаг, чтобы не столкнуться с женщиной. – Такого еще не было. Три раза я ходила за ней и никогда она не садилась в машину. Чья это машина? Она не садится, она не отпирает ее, она стоит рядом и роется в сумке… Может, еще повезет и она пойдет дальше пешком?»

Женщина вытащила из сумки сигареты, открыла пачку, заглянула в нее, словно сомневаясь, курить или нет, и передумала – сунула пачку в сумку.

Слегка повернула голову в сторону Маши, и та была уверена – ее заметили. Женщина резко отвернулась и снова пошла дальше. К машине она даже не прикоснулась. Теперь Маше приходилось осторожничать, ее заметили, эта женщина явно знала, что за ней следят. Даже походка у нее изменилась, она шла увереннее, быстрее, ровнее ставила ноги в мягких туфлях, ее голубой плащ надувался парусом – так она спешила. Она ни разу не обернулась, только, когда тянула от себя тяжелую дверь станции метро, снова бросила назад косой взгляд, и Маша снова попала в поле зрения этого взгляда. И прокляла себя за неосторожность, но все же вошла в метро вслед за женщиной.

В метро та повела себя так, что сомнений не осталось – она хотела уйти от слежки. Проехав одну станцию (Маша ехала в соседнем вагоне), женщина вдруг выскочила на следующей в последний момент, когда уже закрывались двери.