Как бы мне хотелось увидеть рисунок целиком. Как бы я хотела узнать все, что Боунс скрывает. Что мучает его в бреду, кто приходит к нему во сне…
И тут раздался звук дверного звонка.
* * *Обычно единственное, что меня волнует, когда я слышу звонок к дверь, это количество одежды на мне. Но сейчас, взбудораженная уроком по обращению с пистолетом и зловещим предупреждением Боунса, я думала только о том, взять с собой пистолет или оставить в комнате. Черт, еще немного, и я стану совать запасные патроны себе в трусы…"
"Я тихо сбежала вниз, посмотрела в глазок и с чувством облегчения распахнула дверь.
На пороге стояла чернокожая девочка с косичками и бутылкой моющего средства под мышкой. Та самая, которую я приняла за любовницу Боунса, – теперь мне даже думать об этом стыдно.
– Привет! Заходи! Говоришь по-английски? Девочка хлопнула ресницами и не издала ни звука.
– Нет? Ну… тогда мы, наверно, сможем общаться жестами… Как я рада, что ты пришла. Хочешь чаю? Чай! – Я потрясла у нее перед носом пачкой ройбуша.
Она медленно кивнула и, прижимая к себе бутылку так, будто ее грозились отобрать, прошла внутрь.
– Он заболел. – Я указала на упаковку таблеток, а потом склонила голову набок, прижав к щеке сложенные вместе ладони. – И спит. Я бы хотела как-то помочь ему, но не думаю, что он был бы рад такому вмешательству. А тут ты! Так что я с удовольствием помогу тебе! Например, могу помыть тарелки. А ты можешь просто сидеть и пить чай.
Девочка оглядела меня с головы до ног и, пожав плечами, взяла с тарелки печенье.
Я поставила перед ней чашку чая и взялась за посуду. Забота о Боунсе и его доме почему-то доставляла мне удовольствие.
– Ашанти, – сказала вдруг девочка. Обернувшись, я увидела протянутую мне ладошку.
– Флоренс, – радостно ответила я. Стряхнула с руки пену и пожала ее ладонь.
Девочка сказала еще что-то, на африкаанс, поставила на стол свою драгоценную бутылку и вытащила рулон разноцветных полотенец из-под раковины.
– Жаль, что ты не говоришь по-английски. Наверно, могла бы многое о нем рассказать, – заговорила я сама с собой.
– Ну, например, чем он обычно занимается. Приходят ли к нему какие-нибудь люди. Как часто у него ночуют девушки…
Ашанти непонимающе улыбнулась, отмотала от рулона ярко-желтое полотенце и принялась протирать кожу дивана – того самого, на котором, будь моя воля, я бы проводила все свободное время в компании Боунса.
– Обычно он поет или играет с собаками. Чаще всего приходит мой папа, и они играют в покер. Девушки – иногда.
