Город Ящерров: Венилакриме

Положила руки на спинку, опершись на них подбородком.

— Я женщина, добившаяся успеха на мужском поприще. Поверь, если бы я была пустышкой, мне бы не доверили делать то, что я делаю. Да, ящерр, мне угрожали, меня запугивали, указывали на моё место множество раз! Но, как видишь, я сумела всё преодолеть.

Он пожирал меня голодным взглядом. Хищник, избравший себе жертву. Раздразнённый, а потому ещё более опасный.

— А спать с мужчинами тебе часто приходилось? Это тоже часть твоей работы?

— Ни разу. Ты — не в счёт! Ты же другого вида.

Ящерр, для меня ты практически животное… — и засмеялась громко.

Он поморщился. В глазах — лёд.

Я уже вошла в раж, хотелось добить его окончательно.

— Ты думаешь, нам нравится быть с ящеррами? Вы используете влечение, принуждение, которому мы не можем противостоять. Если бы не это — быть бы вам на этой планете монахами. Или начали бы ящерриц усиленно импортировать. Их, я погляжу, намного меньше, чем вас, мужчин.

Наступил его черед смеяться. Но лёд во взгляде никуда не исчез.

— Мы далеко не всегда используем влечение. Поверь, девочка, далеко не всегда.

— Не всегда? — хмыкнула. — Но довольно часто, не так ли? Иначе зачем бы им соглашаться? Как можно идти в постель с ящеррами… с животными… с тобой добровольно?

Я чувствовала, что ступила на зыбкую почву. Хотелось поскорее завершить разговор и уйти, но приходилось доигрывать роль до конца.

— Ты удивишшшься, но таких много. Это для вас, повстанцев, нашшш мир столь ужасен. Для тех, кто принял закон, жить намного прошще.

И женшшщины вашши ради выгоды почти на всё согласны. Они добровольно, в трезвом уме исполняют всё, что ни попроси, — он слегка подался вперёд. — А просил я о многом.

Он сделал вид, что задумался, но я знала — нужная фраза ждала своего часа.

— И ты тоже будешшшь делать всё, что я попрошшшу… в своё время…

— Жаль… Мне хотелось, чтобы в памяти ты остался эдаким… судьёй с чувством меры… А у тебя его нет. Как, впрочем, и у большинства мужчин.

— С чувством меры, это как? — спросил насмешливо.

 — Чтобы не сажал тебя на поводок, когда весь этот фарс закончится? Не запирал в тёмной комнате, где ты солнца годами не будешшь видеть… Венилакриме?

— Я и так не вижу солнца годами, ящерр. Я живу под землёй с шести лет.

А теперь убежать, чтобы он не заметил, как мне страшно.

Поставила кресло на прежнее место и направилась к выходу. Постучала во входную дверь — запустить охранников обратно.

Судья смотрел мне вслед. Я этого не видела — чувствовала.