Новый владелец пожелал переселить мужиков на Урал, потому что Коротовская волость, даже на общем фоне череповецких железоделов, славилась своими кузнецами.
Бросать родные края никто не хотел, поэтому, когда явился управляющий с подручными и попытался воздействовать силой, то его попросту убили, остальных избили до полусмерти.
Может, в другое время, крестьян бы попытались увещевать и стыдить (но это вряд ли!), но шла война и капитан-исправнику пришлось обращаться за помощью к армейским властям, а те, не мудрствуя лукаво, прислали на подавление восстания отряд башкир из состава иррегулярных войск.
В Европу башкир не отправили, они все равно болтались без дела.
Мужицкий бунт подавили быстро и жестоко. Убийц управляющего повесили, остальных перепороли. Но самое худшее, что башкиры встали в деревне на постой и оставались там целый год! Правда, Собакин отказался от мысли перевезти жителей деревни на Урал.
Капитан-исправник Череповецкого уезда Григорий Кудрявый решил воспользоваться ситуацией в свою пользу.
Разумеется, лезть в трясину башкирам не хотелось, да и спешиваться джигитам не пристало.
Но капитан-исправник сообщил, что у разбойников на болотах имеется лагерь, где они хранят несметные сокровища.
Услышав о несметных богатствах, джигиты решили, что ради такого дела можно воевать и пешими, да и трясина перестала пугать.
Башкиры разбились на несколько отрядов, а Григорий Андреевич Кудрявый предоставил им опытных проводников из местных жителей. В результате с разбойниками было покончено за несколько дней.
А вот отыскались ли сокровища — неизвестно.
Со слов краеведа Леонида Васильевича Афетова, капитан-исправник Григорий Кудрявый был вообще интереснейшей личностью, заслуживающий того, чтобы о нем написали книгу.
Может, мне и написать? Что-нибудь вроде «Записок капитана-исправника»?
[1] Нет. Ныне это Тольятти
[2] Книгу Афетов напишет, но она будет издана только в 21 веке. Автор гордиться, что принимал участие в публикации книги.
[3] Здесь ГГ опять вводит в заблуждение. Судно «Фрам» видел не он, а автор книги.
Но «Фрам», как известно, не сумел достигнуть Северного полюса.
[4] Он был не только чиновником высокого ранга, но и поэтом, другом К. Н. Батюшкова. Будучи на лечении в Череповце, Остолопов написал поэму, где сравнивал собственное несчастье со смертельным ранением Багратиона на Бородинском поле. При всем своем сочувствии к вице-губернатору, эти раны не равноценны.
[5]
Княгиня Екатерина Романовна Дашкова (в девичестве Воронцова) (1743–1810 гг.
