В течение дня, негласным путем удалось узнать, что кражу совершил крестьянин Василий Смирнов, проживающий постоянно в деревне Починок Воскресенской волости и находящийся на заработках в Череповце, снимающий угол у мещанской вдовы Авдотьи Смирновой. Удалось также установить, что извозчик Степан Смирнов видел, куда Василий Смирнов увез сундук.
Василий Смирнов задержан, похищенные вещи обнаружены, опознаны мещанином Смирновым Иваном.
Старший городовой Федор Смирнов'.
Дело я открывать не стал — пусть сразу к мировому судье отправляются, а рапорт мне понравился.
Не врет статистика моего мира, уверявшая, что самая распространенная фамилия в России не Иванов, а Смирнов. Интересно, а информатор, сообщивший городовому «негласным путем» о воре, не Смирнов ли?
Антон Евлампиевич покашлял и перестал, потом вытащил из кармана узелок. Развернув его, высыпал на мой стол с десяток грязно-серебряных кругляков. Это у нас что такое? А, старинные монеты. Видел я такие в музеях.
— Неужели Смирнов нашел? — поинтересовался я, осторожно взяв в руки тоненькую серебряную пластинку с едва заметной арабской вязью.
— Так точно.
— Как же он умудрился? Земля мороженая.
— Говорит, возле бани. Там, где грязная вода из-под пола стекает, земля помягче, копнул, а тут тебе и монетки. Он поначалу не понял, что это такое, думал — сбрую конскую украшали — серебра-то здесь с гулькин хрен, потом подсказал кто-то — либо турецкие, либо персидские, но старые. Вначале, говорит, купцам хотел продать, потом совесть замучила — мне принес.
Дескать — виноват.
— И что Смирнов хочет?
— Так он ничего не хочет. Это я не знаю, что с этими монетками делать? Не то господину исправнику отдать, чтобы он серебрушки в Новгород переслал, в канцелярию губернатора. Инструкция есть, чтобы все, что древнее отыскивают, отправляли туда, а канцелярия пересылает в Новгородский музей древностей. Так что, в раздумьях я. Отправить или, выбросить? Вот, скажите-ка, Иван Александрович… Вы, человек грамотный, в университете учились. Эти монетки много денег стоят? Чисто из любопытства спрашиваю.
Старые ведь монетки, лет двести, а то и больше.
Взяв в руки монетку, с умным видом сказал:
— Лет им побольше, не двести, а тысяча, если и поменьше, то девятьсот. Их арабы чеканили, когда наше государство возникло и Русь крестили. Был такой Арабский халифат, свои монеты чеканил.
Рассматривал монету и задумался. Я ведь уже и не помню все тонкости образования арабского халифата, его распада, а ведь когда-то уроки вел.
