Рассказывал, как арабов не принимали всерьез, а они взяли, сделали козью морду и персам, и византийцам и чуть было всю Европу не захватили. Надо будет что-то почитать. Иначе — попадется на экзамене по Всеобщей истории.
Так, отвлекся. И сколько стоит куфический дирхем? В моем мире такой стоил бы… Ну, рублей пятьсот, может — тысячу.
А вот в мое нынешнем времени сколько стоят?
— Уж точно, на таких монетках не разбогатеешь, потому что никому они особо-то не нужны. Да и много их начеканено. Если кто даст пятачок — уже хорошо.
"
"— А у нас они откуда взялись? — полюбопытствовал Ухтомский. — Ладно, если в Крыму или в Таганроге, а здесь-то?
— Так купцы и привезли. Слышал ведь, Антон Евлампиевич о пути из варяг во греки? Варяги — теперешние шведы с норвежцами, они на Балтике, а греками у нас византийцев именовали. Купцы туда-сюда ездили, товары возили. Со Скандинавского полуострова железо везли, из Византии соль.
— А зачем чужое везти, если своего полно? — удивился Ухтомский.
— Так это сейчас все есть, — пояснил я.
— А раньше ничего своего не было. А как без железа? Или без соли? Без соли, Антон Евлампиевич, сам понимаешь, ни запасов на зиму не сделать, ни щи не посолить. Греки свою соль на наше зерно меняли — иной раз мешок соли на мешок ржи меняли. А куда деваться? Брали. А у болотной руды, что в наших краях — качество плохое. Еще ладно, что в Вологодской губернии соль научились добывать. Главная торговля в Новгороде была, но и к нам на Шексну заезжали, на Белое озеро. Белозерск когда-то богатым городом был.
Рыбу в наших краях покупали, шкуры всякие, воск. А на Соборной горке, где монастырь был, люди давно живут. Кто-то из купцов свой кошелек у нас потерял. По прежним временам пять монет — очень много. У нас ведь долго своего серебра не было, все привозное было. Наверное, за эти монетки можно было дом купить, или коня.
— Вот те на! — захохотал Антон Евлампиевич. — Купец кошелек тысячу лет назад потерял, а Федька Смирнов нашел! Купец-то, переживал, небось, а как кошелек теперь вернуть?
Я только кивнул и процитировал:
— Потеряла девушка перстенёк
И ушла, печальная, с крылечка.
А спустя тысячелетье паренёк
Откопал её любимое колечко.
Я б и рад ей то колечко возвратить,
Да не в силах… Время любит пошутить[2].
— Так что с монетками-то делать? — напомнил Ухтомский.
— В Новгород их отправлять смысла нет. Там и своих хватает, счет не на единицы идет, а на сотни. Для них эти пять дирхемов ерунда, а для нас важно.
