Грехи и мифы Патриарших прудов

В это время Гаврила помогал Пелопее на кухне поливать медом в духовке запеченные свиные ребрышки.

Обедали все вместе на огромной стильной кухне — Пелопея с аппетитом уплетала мясо, Гаврила ел мало, он был малоежка, как и Регина, пробовавшая в основном легкий зеленый салат с оливками. Грета, по своему обыкновению, не ела вообще, лишь цедила сквозь зубы фруктовый сок.

На десерт был роскошный яблочный пирог — его испекла домработница Сусанны Папинака Света. Утром, до приезда младших детей, Регина, как обычно, сидела с подругой во французской кондитерской, в милых сердцу «лодырях», а затем отправилась к Сусанне домой.

Домработница Света кулинарила, пекла пироги, узнав, что у Регины, как обычно по выходным, соберутся дети, она одарила ее пирогом с пылу с жару.

Пелопея пирог не ела, она была уже сыта мясом.

В начале девятого Гаврила и Грета засобирались домой. Они редко оставались ночевать — в перепланированной квартире, где когда-то хватало места им всем, теперь было как-то неловко укладываться спать на стильных итальянских диванах.

Где-то наверху у соседей хлопнула дверь. Гаврила и Грета вышли на улицу — желтое здание ресторана «Павильон» закрывало от них пруд. Давно стемнело, горели фонари. На Малой Бронной клубилась обычная субботняя тусовка.

Грета посмотрела вверх. Ящики…

— Нас чуть не убило с Ло, — сказала она. — Еще бы шаг, и мозги на асфальте, а тебе хоть бы хны.

Гаврила задрал голову и посмотрел на фасад розового дома. Верхние этажи окутаны тьмой.

— Ты обещал защищать сестру, — не унималась Грета.

 — Ты поклялся! А что теперь? Что это было, с этим ящиком, — я не понимаю. И мне страшно. Слышишь ты, мне страшно!

Гаврила направился к своей машине — «Форду»-внедорожнику. Не бог весть что по сравнению с теми тачками, на которых гоняют обитатели Патриков, но эту машину он выбрал себе сам в качестве подарка от родителей на окончание МГУ и не собирался с ней расставаться.

— Я хочу выпить, — капризно сказала Грета.

Он пикнул сигнализацией.

— Я выпью, — Грета ткнула пальцем в вывеску недавно открытого паба «На углу у Патриарших» со стороны Большого Патриаршего и Спиридоновки.

 — Я у мамы терпела, да она бы и не позволила, а сейчас я хочу, имею право.

Гаврила захлопнул дверь машины и пошел вслед за сестрой в паб. Народ там особо не толпился — место новое, необжитое. На Патриках — жесточайшая конкуренция, поэтому новые места лишь постепенно обрастают клиентурой. Грета заказала джин с тоником. Гаврила не взял себе ничего.