Грешная вдова

Артемис тоже надел самодельную маску и вернулся к своей работе. Приподняв угол ковра, он продолжал тыкать острием ножа в узкие щели между кафельными плитками. Мэделин уже сомневалась в его теории второго выхода, но молчала, потому что ничего получше предложить не могла.

Ей вдруг померещилось, что один узор на стене чуть сдвинулся. Она поморгала, пытаясь сосредоточить взгляд. Рисунок опять поплыл перед глазами.

— Артемис, галлюциногенные травы уже начали действовать. У нас очень мало времени.

Артемис в очередной раз воткнул нож между двумя плитками под ковром.

Лезвие ушло вниз по самую рукоятку.

— Кажется, мы нашли выход!

Он убрал нож в чехол, быстро ощупал пол и, найдя углубление для пальцев, ухватился за каменный край и потянул вверх. Мэделин услышала скрип дверных петель. Квадратный участок пола поднялся, открыв темный проход. Из люка потянуло сырым воздухом. На письменном столе взметнулись бумаги.

Артемис взглянул на нее:

— Да, но как же мистер Питни? Мы не можем оставить его здесь.

— Я понесу Питни, — он встал и сунул ей в руку фонарик, — а вы пойдете вперед — будете освещать мне дорогу.

Крепко сжимая фонарик, она нырнула в темный лаз под полом лабиринта. Артемис поднял Питни с окровавленного ковра, взвалил на плечо и спустился за Мэделин в сырой каменный туннель, закрыв за собой люк.

— Рана чистая. — Бернис закрепила узлом свежую повязку на худом плече Итона Питни. — Я не вижу никаких признаков инфекции, сэр. Вам здорово повезло.

— Премного вам благодарен, мэм. — Лицо Итона, похожее на кроличью мордочку, скривилось от боли, однако, устало откинувшись на подушки, он посмотрел на Бернис с благодарностью.

 — В ящике моего письменного стола были целительные травы. Я успел наложить их на рану, прежде чем потерял сознание.

— Очень удачно, что они оказались у вас под рукой, — сказала Мэделин, сидевшая на кровати у его ног.

— Мой кабинет хорошо оснащен на случай подобных неприятностей, — объяснил Питни. — Там есть все необходимое: запасные патроны, еда, вода и прочее.

Я знал, что когда-нибудь мне придется прятаться в моем лабиринте. «Чужаки» должны были рано или поздно перейти к решительным действиям.

Может, этот старик и безумец, размышлял Артемис, но у него хватило смелости и энергии, чтобы уйти от стрелявшего в него человека и заманить его в лабиринт.

Он взглянул на Мэделин. Если уж говорить о смелости и энергии, то вот кому их не занимать. Злоключения в лабиринте и в туннеле, как видно, ничуть не сказались на этой женщине.