Грешная вдова

Холодная ярость, которая текла по его жилам последние несколько часов, схлынула, во всяком случае, на какое-то время. Это все заслуга Мэделин, подумал он. Ее страсть целительной припаркой легла на старую рану, которая открылась в его сердце. Теперь он знал: рана эта никогда не заживет.

Мэделин заворочалась у него под боком, резко села и растерянно поморгала, точно ослепленная. Наконец взгляд ее прояснился, и она уставилась на Артемиса.

— Ты, наверное, очень сильно ее любил? — прошептала она.

— Она была мне небезразлична.

Он смотрел на Мэделин, пытаясь подобрать слова.

— То, что было между мной и Кэтрин, угасло за пять лет после ее смерти. Меня не преследуют воспоминания о ней, но я до сих пор чувствую себя виноватым оттого, что не уберег ее. Я поклялся отомстить — это то единственное, что я мог для нее сделать.

Мэделин печально улыбнулась:

— Я понимаю. Ты жил ради мести, а теперь, взявшись помогать мне, поставил под угрозу свой план отмщения. Мне очень жаль, Артемис.

— О Боже, посмотри, который час! — Она принялась шарить рукой по постели, ища пояс от своего халата. — Я должна вернуться к себе в спальню. Сюда в любой момент могут войти.

— Никто не войдет в эту комнату без моего разрешения.

— А горничная? — Она встала с кровати и поспешно завязала халат. — Это было бы очень неловко для нас обоих.

— Мэделин, нам надо поговорить.

— Да, я знаю. Поговорим после завтрака.

Мэделин отступила назад и наткнулась на туалетный столик. Ухватившись за его край, чтобы не упасть, она задела пальцами записку, которую Артемис нашел на трупе, и обернулась.

— Можешь прочесть. — Он медленно сел на край кровати.

Она взглянула на него:

— Но эта записка адресована тебе.

— Ее оставил убийца.

В ее взгляде опять вспыхнула тревога.

— Злодей написал тебе записку?

— Он предупреждает, чтобы я не совался в его дела.

Артемис встал, подошел к туалетному столику и взял испачканный кровью листок. Ни слова не говоря, он развернул его и протянул Мэделин.

Та быстро пробежала глазами записку. Он сразу понял, когда она дошла до последней строчки: в этот момент пальцы ее задрожали.

— «Кстати, окажите любезность: передайте привет моей жене», — прочла она вслух и подняла голову. В глазах ее стоял ужас. — О Господи! Значит, это правда? Ренвик жив.

— Нет.