Грязная жизнь

Всех шпана оборзевшая повыбила.

Беспредел полнейший, вакханалия. В конце прошлого года шпана подзаборная выкобениваться стала. «Отморозки» безусые из подвалов выбрались, в кучу собрались – и вперед, коммерсантов данью облагать. Как в самом начале девяностых. Но тогда-то «целина» непаханая была, а сейчас все засеяно – свободных мест нету. Треск живо молодняк на место поставил. А потом вдруг у шпаны этой стволы крутые появились, тачки хиповые, рации, бабки, прикид конкретный. И понеслись наезды. То на одно насядут, то на другое.

Снова «рамсы», непонятки. И, конечно, «терки», «разборки». У молодняка «скорострелки», пулеметы станковые, гранатометы. И палят они не стремно. А главное, никаких тормозов. И «отмороженность» полнейшая. Воровские авторитеты для них ничто. Вперед, вперед, жирный кусок любой ценой.

Одна «разборка», вторая, третья. И оглянуться Треск не успел, как его криминальная «империя» затрещала по швам. Шпана наседала, отгребала одно «пастбище» за другим. И ничем не остановишь эту «вторую волну».

Треск обратился за помощью к ворам. Ведь он всегда жил по «понятиям» и мог рассчитывать на их поддержку. На помощь ему пришли четыре «бригады» со стороны. Но и шпана получила подкрепление. Что тут началось, и вспомнить страшно. На улицу выходить средь бела дня стало опасно. Там стреляют, и там, и там. Настоящее Чикаго тридцатых годов.

Менты тут как тут. Но мести стали не шпану, а его, Треска, пацанов. По-черному в кутузках прессовали, яйца отбивали, ливер крошили. Чуть ли не инвалидами на волю выходили.

Сам Треск на «кичу» чудом не загремел.

Уже два авторитета из его сообщества на том свете. Сегодня и ему мог писец присниться. Совсем обнаглел молодняк. Добраться бы до этих уродов – всех голыми руками передушил бы. Да только они не позволят. Он уже испытывал к этим «сверхновым» «отморозкам» чувство какого-то панического ужаса.

Прибыл Карабас с шестью «быками». Еще двое должны вот-вот появиться. Треск снял номер люкс, закрылся в нем с двумя девочками. Страх запивал водкой и снимал сексом.

И «быки» со стволами за дверью номера вселяли уверенность.

Выставив на обозрение аппетитный зад, Рита вылизывала Ладу. Захватывающая сцена. Треск оторвал бы любому голову, кто посмел бы отвлечь его внимание от этих двух красоток.

Только он ничего не смог поделать, когда под грохот взрыва обрушилась часть потолка в его номере. Кусок железобетона напрочь снес голову Ладе. Рита завизжала, спрыгнула с постели и забилась в угол. Треск остолбенело смотрел вверх.