Гвардеец

Няня Аня была пай-девочкой… вернее пай-тетенькой. За весь завтрак она ни разу не сказала «Душа моя, не докучайте офицеру глупостями!». Можно было подумать, что у нее появились собственные заботы, не связанные с душевным состоянием подопечной девицы.

– У вас браслет есть? – спросила Яна перед тем, как им подали кофе.

– А почему не носите?

– Не с кем было находиться в контакте. Начальства моего на Дивноморье нет. А больше… – Он замолк, потому что понял, почему она задала свои вопросы. – Я надену после завтрака.

Он присматривался к ней и не мог понять, почему сегодня она выглядела совсем не так, как вчера. Неужели девушки умеют бывать разными в разное время суток? Вчера в сиреневом платье она казалась недоступной, но стала ему гораздо ближе, чем сегодня – в самом обыкновенном сарафане. Или проблема не в ней, а в нем, и ночной сон именно его, а не ее сделал другим человеком? Да нет же! Его тянуло к ней не меньше, чем вчера, просто при дневном свете все становилось каким-то зыбким и не очень реальным

После завтрака Осетр сказался занятым, сбегал к импресарио и получил у того выигранную сумму денег.

Сумма оказалась вполне достаточной, чтобы можно было прожить безбедно целую неделю, как и обещал Небежинский.

– Ну что, Ирбис? – Модест Силантьевич дружески похлопал его по плечу. – Не хочешь ли и сегодня поучаствовать в схватках?

– Нет, – сказал Осетр. – Я и вчера-то случайно попал.

– Вот и мне интересно, почему это Небесный Мститель так хотел включить тебя в программу. Это же все на его деньги.

Ну мне-то все равно, я процент получаю. А что он выиграл, кроме отрубленной руки? Да еще лечение кое-что стоить будет. – Импресарио ухмыльнулся. – Или тут баба замешана? Тогда еще что-то я могу понять… Скажи, Ирбис, из-за бабы дрались?

– Да, из-за женщины.

Модест Силантьевич расхохотался:

– Ничто в этом мире не меняется! Так ты не только денег выиграл, а еще и бабу у Небесного Мстителя увел?! Ай да Ирбис! Шустрый ты парень! Везунчик! Тебя, наверное, судьба пометила, в рубашке родился! Нет, ей-богу, я бы с тобой поработал немного.

Ты подумай все-таки, может поучаствуешь в сегодняшней схватке.

– Нет, – сказал Осетр. – Мне и вчерашняя-то схватка дорого обойтись может. Я же – «росомаха»!

– Ну, на вид-то ты – пацан пацаном. Никто и не подумает, что ты «росомаха». А мы никому и не скажем. Подумай, подумай! Можно много заработать! Ставить на тебя никто не станет, а ты и я поставим. И соперника я тебе подберу не из самых сильных.