Я даже не представляла в этот момент, сколько было времени, какой день недели и как далеко мы были от дома, продолжая нелепо улыбаться, и думать о том, что утром я была разбита и уничтожена собственными мыслями о том, что иду прощаться, и вот я здесь, в объятьях Хана, чувствуя его дыхание на своей шее и крепкие руки, обвивающиеся вокруг моего тела.
Минуточку….
О сколько действительно время?
Я ведь совсем забыла о Джеки и Джанет!!!
— Что случилось? — нахмурился Хан, приподнимаясь на локте и сжимая вокруг меня руки еще сильнее, когда я завошкалась, крутя головой и пытаясь понять, где мой телефон.
— Подруги! Они, наверное, уже с ума сходят! Ведь я не предупредила их, что пропаду…
— Успокойся, им передали, что тебя какое-то время не будет в городе, — хмыкнул Хан, снова укладывая меня в постель и укрывая нас одеялом, пока я растерянно моргала, пытаясь собраться с мыслями.
— Кто передал?
— Мои люди. А теперь спи."
"Только я не могла уснуть, даже если успокоилась и расслабилась в его руках, ощущая ровное размеренное дыхание Хана за спиной, понимая, что он сам уснул.
Во мне было слишком много эмоций, слишком много счастья, чтобы просто спать, не перебирая в голове все те события, которые привели нас сюда. Я словно парила на белых крыльях, радуясь и восторгаясь новым ощущениям в теле, даже если они отдавали болью. Между бедер немного саднило и что-то пульсировало, но мне нравилось даже это, словно тело напоминало каждую секунду, кому я принадлежу.
Как бы я не хотела этого, но ночь прошла, и новое утро настало все-равно, когда Хан проснулся, сладко потянулся, не выпуская меня из своих рук и придавив животом к матрасу своими бедрами, что-то глухо простонал на своем языке, тяжело выдохнув потом:
— Иди в ванну, мавиш, я пока разберусь с завтраком.
— А что сказали до этого? — пыталась я оглянуться, чтобы увидеть его лукаво полыхнувшие глаза и слыша смешок за спиной:
— Попросил бога дать мне побольше терпения.
Прикусывая губу, чтобы сдержать нелепую широкую улыбку, я мысленно пообещала себе начать учить турецкий сегодня же, как только буду дома, послушно вылезая из кровати и отправляясь в душ под пристальным горячим взглядом, который можно было ощутить кожей, даже не оборачиваясь.
Вот только, когда я вышла радостная и словно вновь рожденная, то поняла, что сказка закончилась.
Ночь прошла.
А утро принесло с собой того самого неправильного оборотня, каким становился Хан с приходом дня — жестоким, отрешенным, холодным, не знающим эмоций….
