Оксана много лет причиняла Севе страдания, от которых у него мутился разум, и он, любя ее, прощал и терпел. Но всему приходит предел, и Сева этого предела достиг. Разорвав отношения, он вздохнул свободно, пришел в себя и теперь, конечно, не захочет вернуться назад. И увидеть бывшую жену тоже не захочет. На что я рассчитывала, идя сюда, непонятно, видимо, привыкла считать Севу мягким и податливым. Ошиблась.
Я молча вышла из-за стола, взяла сумку, кое-как засунула странно отекшие к вечеру ноги в туфли и вышла, даже не попрощавшись.
Владыкин так и остался сидеть в кухне, опустив голову и крутя в пальцах чашку с кофе, к которому даже не притронулся."
"Я долго сидела в машине у дома Владыкина, пытаясь понять, как могла ошибиться в Севе и выставить себя полной дурой. Я хотела помочь подруге, но не учла, что ее бывший муж может этого не хотеть по ряду причин. Вот и не захотел. А мне надо брать себя в руки и ехать домой, там тоже хватает проблем, мною же и устроенных еще с утра. Матвей ни разу не позвонил мне за день, не написал.
А что, если я приеду сейчас, а его нет? При мысли об этом по спине пробежал холодок, а кожа покрылась мурашками, и я машинально обхватила себя руками и зажмурилась. Нет, Матвей не такой, он не станет из-за пустяковой ссоры собирать вещи, это не в его характере. Он непременно ждет меня дома, чтобы как минимум поговорить и выяснить все. И мне нужно поторапливаться.
Сюрприз… Матвея дома не было. У меня противно задрожали колени, я сбросила врезавшиеся в ступни туфли и босиком прошла по комнатам.
Мужа не было, но все его вещи остались на местах, от чего мне стало немного легче — значит, просто вышел куда-то. Судя по тому, что ужина в кухне не обнаружилось, ушел Матвей давно, возможно, сразу после меня. Ладно… с ужином сама разберусь.
Наскоро переодевшись и вымыв руки, я вернулась в кухню и занялась пирогом. Это было, пожалуй, единственное, что я делала быстро и хорошо. Рецепт теста достался мне от мамы — она тоже мастерски с ним возилась, потому что особых усилий это не требовало, а в начинку можно положить что угодно — от рыбных консервов до варенья.
Пока в разогретой духовке поднималось тесто, я успела потушить найденную в холодильнике квашеную капусту, а для сладкого пирога засыпать сахаром мороженую клюкву — ее Матвей привез от матери. Через час квартира наполнилась запахом свежей выпечки, я заварила чай, бросив в чайник лимонные шкурки, как любил муж, сняла фартук и уселась с ноутбуком в кухне.
