Если что пойдет не так, то все может случиться, как сказал Вячеслав. Но все же надеюсь на свое умение убеждать, вести переговоры и капельку везения.
– Мы еще закрыты, – заявляет бармен, что протирает бокалы у стойки, стоило мне появиться в зале.
– Добрый день! Я по делу. Мне нужно увидеться с вашим шефом.
– Так Андрюха еще не подошел, говорю же, мы не скоро откроемся.
– Мне нужен Матвей Грачев.
Лицо бармена тут же вытягивается в удивлении. Но не успевает он ничего произнести, как за спиной раздается властное и холодное:
– Кто вы такой?
Разворачиваюсь и внимательно рассматриваю мужчину.
Он довольно высок, широкоплеч, подтянут, на вид лет сорок, но на висках уже проблескивает седина. Матвей сурово смотрит на меня, не доброжелательно, от его взгляда мороз по коже. Теперь понимаю, почему все говорят, что он мужик крутой.
– Здравствуйте. Я – Марк Воскресенский, мне надо с вами поговорить, – взглядом указываю на бармена, давая понять, что разговор должен быть приватным.
Теперь уже Матвей скрупулезно осматривает меня с ног до головы, слегка прищурив глаза.
Понимаю, что от его вердикта сейчас, от того, состоится ли разговор, зависит мое будущее. Наше с Катей будущее. Поэтому проявляю силу воли и упорство и не свожу серьезного взгляда с Матвея.
– В кабинет, – коротко бросает он и, не оборачиваясь, идет на второй этаж.
– У вас пять минут, чтобы объяснить, зачем вы явились в мой клуб, – все также холодно бросает Матвей, садясь в свое кресло.
Опускаюсь напротив, достаю из кармана сложенный вдвое листок и протягиваю через стол Грачеву.
– Мне нужны записи камер видеонаблюдения вот на эти даты.
– А жопу не почесать? – криво усмехнувшись, произносит Матвей, откидываясь в кресле. – Если у вас все, можете быть свободны. Мой клуб не славился бы безупречной репутацией, если бы я раздавал записи направо и налево.
Я ставил примерно девяносто девять процентов, что Матвей ответит именно так, что шанс у меня мизерный, если не сказать еще хуже.
Но я не сдамся. Не в этот раз.
– От этих записей зависит будущее нескольких близких мне людей. И в первую очередь моего сына. Если я получу то, что мне надо, то у моего сына будет отец. А у меня – возможность жить с любимой женщиной. Я заплачу любую цену, – подчеркиваю слово «любую», намекая, что дело не только в деньгах. Я готов оказать и услугу, если Матвею потребуется.
Грачев внимательно сканирует, изучая меня, видимо, проверяет на вшивость.
