— Ах ты ж, маленькая сучка, — первым порывом было свербящее желание пойти туда и вздрючить обоих прямо на месте преступления. Сдержался, только смял в кулаке ручку, а та рассыпалась на осколки.
Переключил камеры на изолятор, включил звук. Извиняется перед ним. Дурочка. И хоть ее попытка остаться хорошей девочкой понятна, Бекета всё равно душит ревность. До красных пятен перед глазами. Блядство гребаное. Надо же было так втрескаться в соплюху с тараканами в голове.
Выдох, скрип зубов и мысленный приказ себе успокоиться.
Надо дать ей высказаться и уйти. Сделать вид, что ничего не видел. В противном случае придётся среагировать. Милана и так считает его законченным ублюдком, да и разговор предстоит нелёгкий. Не стоит её настраивать против себя.
Щенок швыряет еду, принесённую Миланой, на пол, а та идёт к двери. Ну, вот и конец задушевной беседы. Иван эгоистично радуется тому, что разговор не вышел. Нехрен к соплякам всяким бегать, извиняться. К нему должна была прийти. И спросить разрешения, а не так вот, тайком.
Милана дёргает ручку, но та не поддаётся, испуганно оглядывается на Костю. А это ещё что? Какого хрена?
Дверь действительно заперта, и Иван переключается на коридор, отматывает запись назад. Таисия. Она прячется за углом, ждёт, пока Милана войдёт в палату, а потом на цыпочках несётся к двери и осторожно запирает ее. Что за придворные интриги?
Стук в дверь, он поднимает глаза.
— Да?
На пороге возникает охранник, виновато опускает голову.
— К вам тут…
— Иван Андреевич? Можно? — девчонка, имя которой он все время забывает, протискивается в кабинет, уверенно оттесняя своим фигуристым телом охранника.
— Я Люда… Работаю у вас в доме, — напоминает с милой улыбкой, на что Бекет хмурится.
— Я занят, Люда. Попозже зайди. А ты прикрой ворота, проходной двор здесь, что ли? — это уже бойцу, который мгновенно хватает девчонку за руку, оттаскивая её назад.
— Подождите! Это касается Миланы! Она вас обманывает! Вы знаете, где она сейчас? — а вот и интрига.
* * *— Кость, пожалуйста! Прошу тебя! Открой эту проклятую дверь! — меня захлестнула паника.
Если Иван узнает, что я была здесь… Даже представлять не хочу. — Костя! Он нас обоих убьёт! — на что гадёныш лишь усмехнулся и, скрестив руки на груди, уставился на экран телевизора. Ах ты ж, сволочь! — Зря я пришла сюда. Просто хотела поговорить по-человечески, попрощаться. А ты… Эгоистичный гад. Плевать ты на меня хотел, — прислоняюсь спиной к стене, закрываю глаза. Нужно что-то придумать.
