Ничего не хочешь мне рассказать?"
"Милка непонимающе сдвинула брови, а Бекет поймал себя на мысли, что с удовольствием прижался бы губами к этой милой ямочке на переносице.
— О чём это вы? Если о посуде, то можете вычесть её стоимость из моей зарплаты.
Коснулся ладонью её лица, убрал пряди растрепавшихся волос за ушко.
— Так, значит, это ты разбила посуду? — ему и нахрен те тарелки не сдались. Но её ложь выбесила мгновенно.
— Да.
— И ты всё придумала, когда утверждала, что посуду разбила другая девушка?
— Да.
— Что ж, придётся тебя наказать. Не за посуду. За ложь. В моём доме все отвечают за свои поступки. И ты не будешь исключением. Поняла?
Милана вздёрнула нос кверху, плотно сжала пухлые губы.
— Ты меня поняла?
— Я же сказала, штрафуйте, — пожала плечами, но в глазах загорелся огонь. И тем не менее, правду ему не сказала. Упрямица.
* * *Он втирал мазь в кожу осторожными, но уверенными движениями, а я, кусая губы от неприятных ощущений, пыталась сконцентрироваться на его запястьях с проступающими как крепкие жгуты венами.
Хотелось поскорее уснуть и забыть о прошедшем дне хотя бы на несколько часов. Не видеть мерзких рож двух змей, что решили испоганить мою жизнь из банальной зависти.
Не знаю, что они наплели Бекету, но тот явно разозлился на меня, и это ощущалось на ментальном уровне. Я же решила признать свою вину, дабы не выглядеть трусливой лгуньей. Хотя бы перед ним…
Иван Андреевич накрыл нас с Маринкой одеялом, лёг с другой стороны и, закинув руки за голову, закрыл глаза.
Девочка уснула почти мгновенно, тихонько засопела. Ей вторил и Бекет. А я уставилась в потолок, освещаемый лишь приглушённым светом двух светильников. Как обычно случается перед сном, в голову полезли настойчивые мысли о том, что в моей жизни что-то идёт не так. А вернее, всё не так.
Будь я какой-нибудь Людочкой, однозначно было бы проще. Соблазнила бы самого крутого мужика в городе, по-быстрому «залетела» бы от него и всё. Жизнь удалась.
Но нет же.
Я со своими дурацкими принципами всё пытаюсь добиться уважения… Как глупо. Кому оно нужно, моё мировоззрение. Разве что мне, дурочке, живущей мечтами.
Сползла с кровати и в одной пижаме поковыляла на балкон. Морозный воздух обжёг щеки и нос, а я подняла голову вверх, вглядываясь в чистое звёздное небо.
— Милан? — послышалось откуда-то снизу. — Это ты, что ли? Я не понял, а ты чё там делаешь?
Костик. Его только и не хватало для полного счастья.
