— Костя, я серьёзно!
— Ладно, ладно, — подняв ладони кверху, слегка отодвинулся, а я воспользовалась ситуацией и, перекатившись на другой конец кровати, соскочила с неё, как ошпаренная. Тут же схватила халат и укуталась в него по самые уши. — Я поговорить хочу. Сначала выслушай меня, потом уйду. Обещаю.
Как будто у меня есть выбор. Как будто кто-то вообще здесь интересуется моим мнением.
— Говори и проваливай. Я не хочу проблем, а из-за тебя они летят на меня как мухи на мёд.
Костя поднялся, прошёл к окну.
— Я думал о твоей ситуации. О нас думал. Я, может, и не мужик-мечта, как Иван Андреевич, но кое-что тоже могу. К примеру, могу тебя забрать отсюда. И ты будешь свободной. Будешь делать, что захочешь, понимаешь? И бояться никого не надо. — Ага, кроме тебя. Наверное, я хмыкнула вслух, потому что Костя вдруг повернулся, прищурился. — Не веришь, да? А я, между прочим, не трепло какое, чтобы сказки тут сочинять. Я серьёзный мужик. Сказал — сделаю.
Ага-ага, помню, конечно. Мужик сказал, что развяжет войну, мужик развязал.
Мужик обещал всех женщин в рабынь превратить, мужик выполнил обещание. Такие обалденные мужики…
— Короче, Кость, — я коротко взглянула на дверь, умоляя судьбу сжалиться и не привести ко мне Бекета в этот самый момент. Иначе быть взрыву.
— Ладно, короче, — шагнул ко мне, почесал затылок. — У меня есть дом небольшой. Не такой шикарный как этот, это да. Но вполне добротный. И оружие есть припрятанное, если чего защитить тебя смогу. Ну, и деньжат я поднакопил за несколько лет, так что ни в чём нуждаться не будешь.
Я тебя прям сейчас могу забрать, Мил. Ты только скажи.
— Нет. Всё, теперь уходи, — тут уже я пошла в наступление, пытаясь вытолкать его в окно. И плевать мне, что второй этаж, и парень может свернуть себе шею. Вот вообще всё равно. Потому что, застукай нас здесь Бекет, и выпасть из окна будет за счастье нам обоим.
Костя схватил меня за плечи, сильно сжал.
— Ты подумай, я не тороплю. Я подожду, сколько нужно. Ты только с Андреевичем не мути, ладно? Я ж влюбился, Мил, — в глаза преданной собачонкой заглядывает, а мне хочется по морде ему настучать.
Ну не хочу я этой любви, не хочу! Не нужна она мне, люди!
— Костя, проваливай!
— Обещай, что подумаешь? — встряхивает меня так, что звенит в голове. Обещай, Мил! Не уйду, пока не пообещаешь!
— Хорошо, я подумаю, доволен? — всё-таки удаётся сдвинуть гору перекаченных мышц к окну, и Костя сдаётся.
— Смотри мне, ты обещала.
