Неужели не понимают, что ему наплевать на их жалкие попытки. Чем они могут зацепить такого мужика? Вертеть задницами, да сверкать белыми зубками? Пф! Я не искушена в делах амурных, но понимаю, что этого слишком мало. Мужчины, может, и любят глазами, но у них и нутро есть, не только член.
Показалось, или во мне взыграла злорадная стерва?
— Зря смеёшься. Я не пошутить сюда пришла, — незнакомка сняла очки, а я в ужасе отпрянула назад. Такого месива не видела даже на лицах убиенных солдат, которыми были усыпаны улицы перед окончанием войны.
— Это… Кто это сделал?
— А ты как думаешь? — невесело усмехнулась припухшими губами и, зашипев от боли, надела очки обратно. — Тот, кто тебя спас. Меня он также спас. Вырвал из лап пьяных солдафонов. Они меня по кругу хотели пустить, но он пришёл и забрал меня с собой. А я так счастлива была, примерно как ты сейчас. Думала: вот он, принц мой. Прискакал на белой иномарке. А теперь вспоминаю то время и думаю… Лучше бы они меня… — по её щеке скатилась слеза, а по моей коже прошёлся холодок.
Мерзкий, липкий, устрашающий.
— Почему я должна тебе верить? — голос завибрировал, и в горле вдруг запершило.
— Можешь не верить. Я тоже не верила. Мне пора, — где-то неподалёку послышался скрип снега и голоса. — Не выдавай меня. Я просто предупредить хотела. Не хочу, чтобы кто-то оказался в такой ситуации…
Девушка исчезла также быстро, как и появилась. Я прислонилась спиной к дереву, закрыла глаза.
— Чушь. Самая настоящая чушь.
Мамочка, ну почему всё это происходит со мной?
Мне, разумеется, никто не ответил, но голоса зазвучали громче. На горизонте появился Бекет с двумя охранниками, которых я раньше не видела. Он что-то объяснял им, окидывал жестами территорию, а Маринка, услышав голос отца, выпорхнула в калитку и бросилась к нему.
— Папочкааа! — тот подхватил дочку на руки, закружил в воздухе и кивнул солдатам, дав разрешение уйти.
Я же осталась под деревом, чувствуя себя на этом празднике жизни лишней.
Совсем лишней. Везде.
Иван Андреевич вошёл во двор, опустил Маринку на снег, а она принялась путаться у отца под ногами, что-то радостно лопоча. Бекет приблизился ко мне, и я подняла на него взгляд.
— Что-то вы рано сегодня.
— Решил отдохнуть в кругу семьи. Заодно привёл новых бойцов на пост.
— Ммм… — я с тоской проследила за малышкой, что, порадовавшись приходу отца, тут же забыла о нём, заметив прыгающую с ветки на ветку синичку.
