Пришел пешком, чтобы незамеченным покрутиться вокруг моего дома, а когда увидел нас, быстро сообразил, как испугать лошадь — и чтобы комар носа не подточил.
— Знаю, родная. — Виктор притянул меня к себе. — Но мы не можем ничего доказать. Понюшка табаку на дороге — не преступление.
Я кивнула. Вдохнула ставший такой родным горько-пряный запах его одеколона. Хорошо, что муж мне верит. Хорошо, что я не одна.
— Вернемся домой пешком? — предложил муж.
— Нет. — Я мягко отстранилась от него. — Нужно посмотреть, что там, в усадьбе — вдруг он успел снова напакостить? И я должна снова сесть в седло.
— Уверена? — Виктор заглянул мне в глаза.
— Да. Если я не решусь сейчас, не решусь уже никогда.
А верховая езда в этом мире — не развлечение, а необходимость.
Да в конце концов — чтобы какой-то гад напугал меня на всю оставшуюся жизнь!
— Не дождется! — вырвалось у меня.
Муж рассмеялся. Подобрал с земли мою тросточку — странно, что я не потеряла ее в самом начале. Выудил из кармана еще один кусочек морковки.
Я протянула ее Звездочке.
— Ты ведь будешь хорошо себя вести, правда, девочка?
Схрумкав лакомство, кобылка ткнулась носом мне в плечо, словно извиняясь. Я погладила ее по шее.
Я подошла к Звездочке сбоку. На мгновение замешкалась — тело словно забыло все, чему научилось за сегодняшнее утро. Виктор молча подставил сложенные ладони. Глубоко вздохнув, я оперлась о его плечо, шагнула в руки и оказалась в седле.
— Все хорошо? — Муж погладил меня по колену.
— Да. — Я заставила себя улыбнуться.
— Правда хорошо.
И действительно, первый страх прошел. Звездочка стояла смирно, всем своим видом показывая готовность искупить вину. Я расправила юбку, собрала поводья, стараясь не думать о том, что было полчаса назад.
Виктор легко вскочил на коня, и мы двинулись дальше — совсем тихо, в полшага. Он придерживал своего серого, не давая тому отойти от Звездочки. Кобыла послушно переставляла ноги, мерно покачивая головой.
Мне показалось, будто спину сверлит ненавидящий взгляд.
Очень хотелось оглянуться, но я сдержалась.
— О чем думаешь? — спросил Виктор.
— Как бы отвадить его от моего дома. Может, пустить слух, будто клад нашелся и положен в банк?
Муж вздохнул.
— Все, что я могу…
— Только не вздумай стреляться! — вскинулась я.
Он с улыбкой покачал головой и продолжил:
— …намекнуть нашим общим знакомым, что не стоит доверять его компетентности. И не продлить контракт от имени земства, когда истечет срок этого.
