Но земли Зарецкого должны приносить неплохой доход при умном управлении, так что…
— Не так-то просто будет выдворить его из уезда, — закончила я.
— К сожалению.
У колодезного сруба суетились люди, и долетавшие до нас восклицания мне не понравились. Дородный мужик лет сорока, заметив нас, стянул шапку и побежал навстречу.
— Ваши сиятельства, а мы тут работаем, значит, не покладая рук, — начал он, а сам все старался сдвинуться так, чтобы отвлечь наше внимание от происходящего у колодца.
Виктор спешился, помог мне спуститься со Звездочки.
— Не шевелится… — донеслось от колодца.
— Ты старший? Как звать? — перебила я мужика.
— Никифором, барыня.
— Что происходит?
— Дак вот…
— Что происходит? — повторила я, и мужик попятился.
— Дак вот, изволите видеть, Митька в колодец спустился, падаль достать, и что-то притих…
Не знаю, как у меня получилось сдвинуть с места мужчину в два раза больше себя. Я подлетела к колодцу. Рядом были свалены ведра, веревки, но было совершенно очевидно: о страховке никто не позаботился.
Как и о том, чтобы спустить свечу перед тем, как позволить человеку туда спуститься.
Я ухватила Никифора за грудки.
— Егор Дмитриевич инструктаж проводил?
— Ась?"
"— Что, перед тем как в колодец лезть, нужно туда фонарь со свечой спустить? Что человека нужно веревкой обвязать?
Мужик мотнул головой, словно хотел начать отнекиваться, но глянул на что-то — на кого-то — за моей спиной и закивал.
— Говорил, барыня. Мол, вы велели.
— Так какого рожна ты не сделал?!
Он бухнулся на колени — полы армяка вырвались из моих рук.
— Простите, барыня, бес попутал! Думал, бабская глупость!
— Всем от колодца! — гаркнула я так, что мужики подпрыгнули.
Склонилась над срубом, запустив вниз осветительный шар. На дне, у конца веревочной лестницы, свернулась человеческая фигура. Я обернулась к мужу.
— Можешь послать в колодец поток холодного воздуха?
Виктор протянул руки, с пальцев сорвалась небольшая метель. Мужики загудели, попятились.
— Зачем? — спросил муж, не переставая колдовать.
— На дне скопился углекислый… газы от гнили.
— Кислоуглечный газ? — уточнил муж.
— Да.
Возможно, кроме углекислого, сероводород и аммиак. За вонью гниения вряд ли кто-то смог бы унюхать характерное для этих газов амбре. Впрочем, это мало что меняет.
— Он тяжелее воздуха и вытесняет его и кислород…
— Кислотворный газ?
— Да. Который необходим для дыхания и жизни.
— Понял. Долго еще?
— Пару минут, я пока сбегаю за фонарем и свечой.
