Сейчас же, низко надвинутые на лоб платки, глубоко посаженные тёмные глаза, со сросшимися на переносице широкими черными бровями, темнеющий пушок над верхней губой, при сердито поджатых губах, одинаковое выражение лиц, создавали впечатление подкрадывающихся ведьм.
Полина поёжилась. Привидится же такое! Но обстановка и вправду сложилась напряженная.
Она догадывалась, что староста и другие мужчины день за днём вели свои какие-то разговоры, наверняка обсуждали её и плавно дошли до того, что сочли выгодным надавить на хозяйку ради получения большего количества благ.
Женщины не глухие и тоже размечтались, как богатая (а как же иначе!) барынька будет их всем обеспечивать!
Полина стояла у окна и подглядывала за людьми из-за занавески. Это, конечно, не митинг, но ей хватило, чтобы испугаться. Она понимала, что если упустить ситуацию, то всё может плохо кончиться сначала для неё, потом для этих людей. Похоже, они забыли, что на землях королевства есть законы.
Поэтому, вспомнив всё, что говорил Огневой об обязанностях владельцев земли и людей, поселившихся там, она решительно поднялась, взяла деньги, которые следовало заплатить за работу в солеварне, и вышла.
Все молча следили за тем, как она подходит, а когда увидели в её руках мешочек с деньгами, то лица мужчин вспыхнули торжеством. Они стали переглядываться, подавать друг другу знаки, а кто-то из женщин, сообразив, что мужчины довольны, льстиво захихикала.
— Хочу напомнить вам кое о чём.
Выпрямившись, Полина встала перед людьми и, приподняв подбородок, умудрилась смотреть на всех сверху вниз.
— Я обеспечила вас дорогим инструментом, а это приличное вложение денег.
Она сделала паузу и медленно обвела всех требовательным взглядом. Ей необходимо было вбить эту мысль им в голову.
— Никто из вас ни медяшки не заплатил моему человеку за то, что он научил вас работать с камнем; показал, как правильно возводить дома, ставить печи вместо очагов и окна; мастерить тележки и работать с подъёмником.
Я уже не говорю о том, как дорого стоят все те расчёты, которые были произведены для создания схода к воде.
Полина опять замолчала, а потом с усмешкой добавила:
— Думаете, я не видела, как в стороне кто-то пробовал сделать спуск? Три грубых крутых ступеньки и всё, — она развела руками, показывая, что энтузиазм неведомого строителя иссяк.
