Верно, Соня?
– Я хотела еще один раз сказать ему, что мы больше не увидимся, – тускло выговорила Соня, – он ушел бы, и я бы…
– И ты сделала бы себе укол, – закончил за нее Кирилл, – такой, от которого ни одна “Скорая” не откачала бы. Конечно. Ты любила уголовника, опозорила всю семью, чуть не загнала в гроб мамашу и продолжаешь тайно с ним встречаться! Только одно и осталось – на тот свет.
– Соня, – спросил Гриша испуганно, и она наконец подняла на него глаза, – ты что? С ума сошла?
– На тот свет! – фыркнула тетя Александра.
– Да у нее духу бы не хватило! Вы посмотрите на нее! Служанка! Мозги, как у курицы, а может, и тех нет! Разве она сможет жить одна, без меня? Да она сдохнет через неделю, потому что ее надо на поводке водить, а ты ее с поводка спустил!
– Вас бы на поводке водить, тетя, – вдруг с силой сказал Дмитрий Павлович, – да еще в городском саду за деньги показывать, как обезьян в былые времена.
– Нет, Дима, – Юлия Витальевна встала, подошла к его креслу и стала за спиной, – мы виноваты.
Мы тоже сразу поверили.
Мы сразу осудили. Мы ничего не хотели узнавать. Она на нас надеялась, бедная девочка, а мы ее… На нас и на бабушку. И вон что вышло.
– Дура! – сказала тетя Александра дочери. – На коленях приползешь, слезами умываться станешь – не приму. Прокляну, – добавила она равнодушно, – и тебя, и твоего ублюдка. Всех прокляну.
– Воля ваша. – Кирилл отпустил Владика и вытер о штаны руку. Не ту, которая была измазана кровью, а ту, которой держал его за шиворот. – Так что ты правильно пришел, Гриша.
Молодец. Только все-таки зря ты меня по голове лупил.
– Это он? – спросила Настя. – Он тебя тогда ударил?
– Я, – сознался Гриша, – я ведь думал, что ее родные не пускают. Про уголовника я не догадался, конечно, думал, просто так, не хотят. Я же не подарок судьбы, – и он серьезно взглянул на Соню, которая тряслась как в ознобе. – Нога у меня… И работа не так чтобы очень красивая. Мастерская у нас, – зачем-то объяснил он семье, – мы с другом вдвоем рамы делаем на заказ. Кто богатый и хочет непременно, чтобы рамы были из дуба или там из березы карельской.
Мы делаем и продаем. Жить можно. Только на “Мерседес” я пока не заработал."
"– А на что заработал? – вдруг спросил Дмитрий Павлович, и Гриша обстоятельно объяснил:
– На “Ниву”. Хорошая машина. Надежная, и собаку удобно возить.
– А Кирилла зачем стукнул? – Это Настя вступила. За спинками кресел она пробралась к Соне и взяла ее за руку.
– От злости. Я думал, это опять за ней следит кто-то.
