Я к себе девушек не вожу, предпочитаю встречи на нейтральной территории, потому что мой дом – моя берлога. Но Верку прямо до дрожи под коленками хочется туда затащить. Нарядить в свою растянутую футболку, хорошенько отлюбить на своей собственной кровати, а утром вытолкать на кухню, пусть своему герою-любовнику, то бишь мне, пончики готовит. Ну или хоть чаю погреет с бутербродами. Из ее рук, что угодно съем.
Она так погружена в свои мысли, что до последнего не замечает, что мы едем куда-то не туда.
И только когда добираемся до моего района, она выныривает в реальность и удивленно спрашивает:
– Ты куда меня везешь?
– В логово дракона.
Она хлопает глазами, потом понимающе улыбается и тут же уточняет:
– А у дракона есть что пожрать?
Кажется, чтобы прокормить этого Бармаглота мне придется устраиваться еще на одну работу.
– Найдем, – произношу уверенно, а сам пытаюсь припомнить, есть ли у меня хоть что-нибудь в холодильнике, или там ничего кроме прошлогодней помидорки, обросшей белой мотней, не найти.
– Давай-ка в магазин заскочим.
Ну мало ли. Просто на всякий случай. А то знаю я ее. Еды не найдет и сбежит, ищи свищи потом.
Мы заезжаем в первый попавшийся магазин и набираем полные пакеты. И если я все больше к полуфабрикатам тянусь, так что бы раз и готово было, то Вера подходит к делу основательно. Мясо, овощи, приправы, сыр, что-то к чаю.
– Сметаны возьми! – вспоминает уже у кассы, – завтра борщ сварю.
У меня ряха растекается в улыбке. Борщ, м-м-м. От Верочки.
Уже когда едем дальше, она продолжает рассуждать на тему кулинарии и строить план действий:
– Мясорубка есть? Котлет хочу налепить. Перец фаршированный сделаю. Заморозим. Я еще могу голубцов накрутить, не знаю любишь ли ты их…, – смотрит на меня с сомнением.
– Ты еще спрашиваешь? Я все люблю.
– Хорошо, – серьезно кивает и продолжает, – утром, если не просплю, могу драников сделать.
Или лучше простых оладий? Как думаешь?
Я смотрю на нее ошалевший и дурной от счастья.
– Я думаю, мне надо срочно на тебе жениться. Что скажешь?
Темные брови вопросительно изгибаются.
– Это предложение?
На секунду замолкаю, а потом твердо произношу:
– Да. Самое, что ни на есть официальное.
– Ты уверен?
– Ага. Я хочу с тобой вот это вот: в болезни и здравии и пока смерть не разлучит нас.
