Я чувствую тебя

Чувствую, как ярость поднимается во мне, зажигая щеки, и только появление Филиппо вынуждает меня понизить тон и успокоить злость, закипающую внутри.

Он приветствует Леонардо с сияющей улыбкой:

– Архитектор, – эхом откликается тот.

– Ты заходил сегодня на стройку? – спрашивает Филиппо тоном, в котором проскальзывает гордость.

То, что они обсуждают ее, – неизбежно, но эта фабрика на Аниене становится моим кошмаром.

– Да, мне показалось, что все превосходно, – отвечает Леонардо. – Вы голодны? – задает он вопрос, сразу меняя тему (видимо, заметил, как я подняла глаза к небу).

 – Ринальди уже приставил меня к барбекю. У нас потрясающий сибас, – объявляет скромно, но с удовлетворением.

– Не могу дождаться, чтобы попробовать, – восклицает Филиппо. Для него все происходящее абсолютно нормально.

– Ну хорошо, тогда я вас оставлю, – Леонардо оглядывается и устремляет взгляд к камину из туфа, где Риккардо неловко пытается развести огонь. – Пойду на помощь, – говорит, подмигивая нам.

Мы смотрим, как он удаляется в своих заношенных джинсах, которые прекрасно облегают его задницу.

(Ну, или по крайней мере я на нее смотрю.) Филиппо поворачивается ко мне, и я сразу же отвожу взгляд.

Пока группа расходится по саду, кто в беседку, кто устраивается на белых шезлонгах, расставленных тут и там, Леонардо перемешивает горящие угли и жестами художника смазывает гриль веточками розмарина, увлажненными маслом. Он расстегнул несколько пуговиц на рубашке и закатал рукава. Там наверняка адская жара, и он, видимо, ужасно вспотел, поэтому достал свою обычную белую повязку и обвязал ее вокруг лба.

Я наблюдаю за ним издалека, сидя на шезлонге рядом с Изабеллой. Сократ, ласкаясь, помахивает хвостом у наших ног.

Я смотрю, как Леонардо переворачивает креветки и осьминогов этими уверенными движениями, укладывает элегантным жестом на сервировочные блюда и смазывает своими магическими приправами. Когда такое сильное, мужественное тело выполняет столь деликатную и точную работу, это выглядит потрясающе.

– Какой чудесный вечер, – говорит Изабелла.

 – Я никогда здесь не была. Это просто рай! Ринальди действительно прекрасно устроился.

– Да уж, благодаря рабству наших женихов… – Мы обмениваемся понимающими улыбками, в то время как Сократ точит зубки о пластиковую ножку одного из шезлонгов.

– Хулиган! – Изабелла берет его за ошейник и прикрикивает: – Нельзя! Плохой!

– Он, наверное, голоден.

Я беру пса за мордочку и шепчу:

– Сократ, иди вон к тому дяде, он тебя покормит.