Я чувствую тебя

 – Подталкиваю его в направлении Леонардо. «И укуси его за ногу», – добавляю про себя. (Может быть, собаки умеют читать мысли.)

– Ой, он не ест ничего, кроме своих собачьих консервов, – уточняет Изабелла удрученным тоном.

– Ну, значит, наш шеф ему не угодит, – мой голос наполнен сарказмом.

А Сократ, прервав свое путешествие по лугу, разворачивается и снова вцепляется в щиколотки Флавии, которая уже начинает явно высказывать недовольствие.

Теперь Леонардо отошел от барбекю и переместился за мраморный стол пососедству.

Шинкует баклажаны для гриля, погружает нож в их сердцевину с точностью убийцы. Потом фарширует сибас ароматическими травами, запуская пальцы в разрез. Я прекрасно знаю эти пальцы, знаю, как они двигаются внутри плоти.

Худющая брюнетка, одетая в рокерском стиле, с асимметричной стрижкой и килограммом браслетов на запястьях, соблазнительной походкой приближается к нему. Я не слышу, о чем они говорят, но она точно флиртует. А он позволяет ей это делать, насколько я вижу.

Не могу оторвать от них взгляд, мои внутренности сжимаются, как гадючье гнездо.

Атмосфера наполнена такой эйфорией, что Барби, пришедшая с Рикардо, пользуясь случаем, инсценирует подобие стриптиза, невозмутимо приподнимая мокрую футболку над искусственной грудью, к радости присутствующих мужчин.

Флавия немедленно следует ее примеру – королева силикона на этом празднике – это должны видеть все. И вот один за другим, гости снимают футболки и рубашки.

Праздник уже принял неудержимое направление, и непонятно чем это кончится.

Музыка продолжает литься из колонок, и полуголые тела импровизируют без тормозов: босые ноги на лужайке, поднятые к небу руки. Это похоже на какой-то языческий ритуал слияния с природой. И тут Риккардо подает идею искупаться в озере. «Все голышом!» – кричит, сняв с себя брюки, разбегается по пляжу и бросается в воду. Гости следуют за ним. Только Ринальди с трудом переводит дыхание на шезлонге в компании Сократа. Я хотела бы последовать его примеру, но Филиппо берет меня за руку и, несмотря на мои протесты, тащит меня к берегу:

– У тебя пять минут, чтобы раздеться, иначе брошу тебя в воду как есть!

В конце концов сдаюсь и снимаю джинсы и блузку, оставаясь, как все, в нижнем белье.

Хорошо, что мне в голову пришла гениальная идея подобрать по цвету трусы и лифчик перед выходом. Мысль о том, что меня видят неодетой одновременно Филиппо и Леонардо, вызывает дрожь.