Я – инквизитор

— Слышь, Михалыч, это ж тот самый, бля буду! — сказал сидящий в машине милицейский сержант своему напарнику.

— Где? Который? — Напарник, лет на двадцать постарше первого, погасил папиросу и глянул в окошко.

— Вот, гляди! — Молодой сунул старшему фото. — Тот самый, за которого Крепленый стошку сверху обещал! Возьмем?

Старший посмотрел на фото, потом — на быстро идущего — руки в карманах — парня, невысокого блондина с усталым лицом.

— Да, — сказал. — Это он, Ласковин.

— Берем! — нетерпеливо проговорил младший.

 — Я счас выскочу, как он мимо пройдет, а ты…

— Придержи коней, — буркнул старший, разглядывая «того самого».

— Ну как же, Михалыч? Это же он, точно он, Михалыч! Брать надо!

— Сиди, я сказал! — рявкнул старший. — Куда полез? — И спокойнее: — Идет себе человек — и пусть идет. Нормальный человек, русский, не чучмек какой-нибудь. Пусть идет своей дорогой!

— Михалыч! — ахнул сержант. — Да ты что? Ты ж Крепленому обещал!

— А пошел он в жопу, Крепленый! — зло сказал старший. — Чтобы я в сорок четыре года для сраного зэка честных людей ловил? Пошел он в жопу!

— Но деньги, — пробормотал младший.

 — Да и Крепленый же сказал: он им там пожар устроил, ты говоришь — честный… Ну давай, Михалыч, уйдет ведь!

— А я говорю — честный! — рявкнул Михалыч. — Мало их жгут, говнюков! А деньги брал и брать буду! Вон, вишь, «каблук» поехал с ящиками. В ящиках знаешь что? Знаешь? И я знаю. И не трогаем! А почему не трогаем? Указание есть потому что. А деньги брал и брать буду! Пусть лучше детям моим достанутся, чем эти на блядей стратят! Сиди, я сказал, пусть идет!

Тот же, о ком шла речь, уже миновал стражей порядка и спустя несколько минут растворился в бледном полусвете улицы.

— Поехали, — сказал Михалыч.

— Куда? — удивился молодой. — Нам же еще почти час.

— Куда-нибудь! Поехали, блин!

И младший, послушавшись, тронул машину, свернул направо на Достоевского и подумал: стар Михалыч, тяжело с ним, не понимает духа времени.

Михалыч же и впрямь был немолод, но «дух времени» понимал получше младшего коллеги, не настолько же он глуп, чтобы подставлять себя под пулю ради сраного зэка.

А парень, так запросто вздрючивший целую команду, так же запросто грохнул бы и его, и этого сопляка «берем-берем». Уж что-что, а «ствол» в кармане старый мент распознать умел.

Вход в подвальчик на Разъезжей был открыт всякому. В первой комнате, где под низким потолком переплетались удавами выкрашенные в зеленый цвет водопроводные трубы, размещался оптовый магазин.