Я люблю тебя

В этом объятии чувствую наконец-то всю ту благодарность, усталость, желание сдаться и, хотя бы один раз, положиться на кого-нибудь. Леонардо прислоняется ко мне лбом, и его молчаливые слезы увлажняют мои щеки.

– Спасибо за то, что ты сделала, за смелость, которую нашла в себе. И спасибо за то, что ты здесь, за то, что продолжаешь делать. Я знаю, как сложно быть рядом со мной. Я не могу выразить словами то, что касается меня, но ты же меня знаешь…

– Тс-с-с. Хватит, – шепчу прикрывая ему рот пальцами. – Ты не должен благодарить меня.

– Ты первый человек, которому я в состоянии доверять полностью, на кого могу положиться.

– Я люблю тебя. И быть во всем рядом с тобой – это единственный известный мне способ продемонстрировать это.

Он касается моего лба поцелуем, полным боли и благодарности. Затем медленно отходит.

– Элена, пойду в постель. Я не могу заснуть, но хочу попробовать хотя бы отдохнуть.

– Ты немного поел, ты не голоден? – спрашиваю с беспокойством.

В эти дни обедом и ужином занимаюсь я, у Леонардо даже пропало желание готовить. И, похоже, желание есть.

– Если хочешь, там есть десерт, – делаю попытку.

– Спасибо, я не голоден, – отвечает он, голос спускается до шепота.

Я позволяю ему уйти, не нахожу в себе сил настаивать. Он вызывает у меня безграничную нежность.

– Но если ты попробуешь заснуть со мной, ты сделаешь меня счастливым, – добавляет.

– Приведу в порядок кухню и приду.

Я смотрю, как он пропадает за дверью, его широкие мускулистые плечи согнулись под бременем боли.

Этот дом рассказывает о Лукреции каждым своим уголком: ее одежда, диски с классической музыкой, этническая бижутерия и даже ее сигареты. Иногда я будто слышу запах, голос, мягкие шаги, присутствие, которое беспокоит меня, но с которым принуждаю себя смириться. Сейчас я словно проникла на ее территорию: воспоминания, изображения, мгновения, принадлежащие только ей и Леонардо. В зале по-прежнему выставлены свадебные фотографии: они такие молодые: он – без бороды, но с усами и волосы зачесаны назад, она – с романтическим шиньоном, ее темные глаза полны магии и чувственности даже под вуалью.

Мне очень сложно сталкиваться каждый день с прошлым, которое кажется неизгладимым, но в этот момент не имеет значения, что чувствую я.

Быстро убравшись на кухне (я еще не научилась готовить, не пачкая все вокруг, как знаменитые шеф-повара), иду в спальню к Леонардо.