Я люблю тебя

) Я вопросительно смотрю на него: не послышалось ли мне?

Я все правильно поняла. Пытаюсь потянуть время: это предложение представляется мне одновременно абсурдным и до невозможности привлекательным.

– Ну, я не знаю… ведь, я буду скорее не попутчицей, а нагрузкой, – пытаюсь поправить его.

– Не настолько тяжелой, чтобы не донести тебя до Сицилии, – говорит он, измеряя меня взглядом.

– Ты же не всерьез это говоришь?

Нет, похоже, всерьез. Он присаживается на кровать и смотрит на меня в упор своими проницательными глазами, перед которыми я не могу устоять.

– Ты будешь очарована красотой Стромболи, уверяю тебя. И потом, это идеальное место для отдыха. А когда твоя нога заживет, ты сама решишь, уезжать тебе или оставаться со мной.

– Послушай, ты не должен чувствовать себя обязанным, – во мне еще говорят остатки гордыни.

Не могу понять, почему он сделал мне это предложение, оно инстинктивно вызывает во мне недоверие. Но Леонардо не отвечает на провокации (ничуть не изменился, только он имеет право провоцировать) и поглаживает меня по лбу, в том месте, где у меня заживает небольшая ранка.

Я так и делаю. Размышляю об этом весь день и вечер, не приходя ни к какому решению. Поехать на Стромболи с Леонардо – безумная идея, настолько безумная, что неизбежно притягивает меня. Однако я провела весь последний год, стараясь забыть о нем, и теперь, естественно, мой разум сопротивляется, предлагая уйму возражений: я стану полностью зависима от него и из-за этого буду чувствовать себя неловко.

И потом, какие между нами будут отношения? Как мы будем себя вести? Как друзья, которые заботятся друг о друге? Как любовники? В общем, чего Леонардо хочет от меня и что будет означать для нас это путешествие?

На следующее утро к моменту выписки я по-прежнему не приняла решение.

Родители приезжают за мной, и у меня уже болит голова после нескольких минут обычного сценария «больная девочка – заботливые родители»: как я себя чувствую? Я ведь уже позавтракала? Я ничего не забыла в шкафчике?

– Держи, – говорит мама, передавая мне пакет, из которого доносится вкусный аромат пирога.

 – Я его утром испекла. Паола была так добра, что позволила мне пользоваться кухней.

– Мама, спасибо, но я тебе уже сказала: я поела. Здесь, в больнице, есть такой странный обычай – предлагать еду больным.

– Ни кусочка не съешь?

– Нет, правда. Но все равно большое тебе спасибо.

– Ну хоть маленький?

Вот в этот самый момент я и принимаю решение.