Я тебе запрещаю

Как бы не хотела показаться, но не выдерживает его. Сразу понятно, что играет.

— Рустам, я хочу работать в компании отца, — наконец произносит она.

Такого я точно не ожидал. Я думал, что она начнет говорить о нас. Разочарован.

— Хочу стать полноправной владелицей. Принимать решения.

— Какие решения, Настя? Ты хоть понимаешь, о чем идет речь?

Обижается. Складывает руки на груди и, насупившись, смотрит в пол.

— Тебе еще многому надо учиться, Настя. Это не компания. Это сложный механизм. Одно неверное решение и все.

— Сука, — перебиваю ее. — Не говори при мне его имя. Никогда. У него свои интересы. И ты в них лишь способ получить желаемое. Поняла?

Наверное, прозвучало это грубо, но это правда. Слышу всхлипы. Только этого не хватало.

Плечики Насти вздрагивают и она начинает шмыгать носом.

Так мы и сидим какое-то время: я — уцепившись за руль, она — скрючившись и всхлипывая.

Мысленно считаю и меня хватает до двадцати. Потом плюю на все, обнимаю ее и прижимаю к себе.

— Ну, ладно, хватит, — говорю как можно мягче.

— Я для всех вас лишь способ. Для всех, — шмыгает и не смотрит на меня. — Лучше бы и не было этих акций.

— Ошибаешься, — улыбаюсь ее детской наивности. — Это очень хорошо, что они у тебя есть.

— Ты научишь меня? — поднимает на меня свой взгляд.

— Ты правда этого хочешь?

— Жениться на тебе что ли? — шучу я, а она вдруг опять слишком серьезно смотрит на меня.

— Ну, чтобы ты уже смогла принимать решения, как мечтаешь, — уточняю я, чтобы она не питала пустых надежд.

Ее голова на моем плече. Я наклоняюсь и беру ее за подбородок. Долго смотрю в глаза, потом на губы. Опять в глаза. И целую ее. Сразу же проникая языком, вспоминая ее сладкий, ни с чем несравнимый вкус.

Кончиком языка она скользит по моему языку, а потом резко убирает его и вот уже мой язык четкими толчками таранит ее рот. И член в нетерпении дергается, так и не дождавшись своей очереди.

— Настя, — тяжело выдыхаю я и рукой накрываю ее грудь.

Настя закрывает глаза и откидывает голову назад. Ну, вот, сейчас. Быстро, на давая ей опомниться, веду рукой верх по бедру. Сжимаю его.

— Ну, нет, Рус, — шепчет она и кладет свою руку на мою. Опять останавливает. Да что, блять, такое?!

— Настя, — говорю жестче.

— Нет, Рус, — она как будто просыпается. Открывает глаза, садится ровно и убирает мою руку. — Нет. Не сейчас.

— Когда?! — рычу я.