Я тебе запрещаю

Почему все так? Почему, если он так сожалеет, как пишет, не нашел меня раньше? Не приехал и не спас маму?

Воспоминания о маме вызывают у меня слезы. Стираю их кулаком и возвращаюсь к письму.

Вторая часть не менее интересна. Так-так. Внезапно появившийся отец передает меня под опеку Рустама Каримовича. До достижения мною двадцати одного года. И с чего вдруг именно этот возраст? Но теперь уже не узнаешь.

Дальше речь о каком-то наследстве. Но я не очень понимаю.

Когда я собираюсь в третий раз перечитать письмо, заходит Рустам.

Садится за стол.

Да, у меня один сплошной вопрос в голове.

— Там про какое-то наследство…

— Молодец, — ухмыляется Рустам. — Выцепила главное. Твой отец был акционером одной из крупнейшей компании в стране и завещал свои акции своим детям: тебе и сыну.

— У меня есть брат? — радостно вскрикиваю я.

Рустам удивленно смотрит на меня.

— Есть. Но я бы на твоем месте так не радовался.

— Это все потом. Неважно. Значит так, Анастасия…

— Ты меня теперь так называть будешь? — я опять перебиваю его, наслаждаясь реакцией, и добавляю, усмехаясь: — А мне тебя как называть? Дядя Рустам?

Маленькая сучка.

Отшлепать бы тебя как следует за твой поганный язык.

Так все, Рустам, успокойся.

Пристально рассматриваю Настю. За окном уже стемнело и лишь свет уличного фонаря проникает в кабинет. Она сидит в кресле напротив, закинув нога на ногу.

Слишком мало прошло времени. Я еще помню, как раздвигал эти коленки и как заламывал эти худенькие ручки. И рот этот на своем члене отлично помню.

Совсем ненужное возбуждение накатывает волной.

Прогоняю прочь. Я не могу повторить все это еще раз. Теперь не могу. Я дал слово. Но, сука, как же хочется схватить ее за волосы и заставить шептать ее это «дядя Рустам».

Смотрю в наглые глаза. Она же, наверняка, сейчас думает, что задевает меня. Мстит по-своему. Глупая девочка. Тебе меня не спровоцировать. Ты для меня — всего лишь дочь друга, которую я пока буду опекать. И все.

Выдать ее замуж, может, побыстрее? Сбагрить с рук. Чтобы отпустило.

Самое сладкое все равно досталось мне. Муженек будет довольствоваться объедками. Усмехаюсь этой своей мысли.

Так, все. Вернемся к делу.

— Меня ты будешь называть Рустам Каримович. И обращаться на «Вы». Это понятно?

Фыркает, вздернув нос.

— Анастасия, — стараюсь говорить спокойно, — давай договоримся. Я исполняю волю твоего отца. Ты меня будешь слушаться. И тогда мы расстанемся на хорошей ноте, когда тебе исполнится двадцать один год. Ну, или когда ты выйдешь замуж.