Я тебя получу

Когда? В какой момент моя идеальная жизнь пошла под откос?

И что будет дальше? Как я буду носить этого ребенка, понимая, что в лучшем случае он увидит своего родного отца через десять лет?

Как я буду жить, зная, что Паша сел, по сути, из-за меня?!..

Или все-таки из-за себя самого? Вдруг это действительно банальная месть…

Факты безжалостны, но сердце кричит о другом. Он не такой! Он безбашенный, ненормальный, излишне вспыльчивый, но он любит меня, я знаю! Когда он говорил о нашем ребенке, он казался таким искренним…

Как разобраться в этом всем и при этом не сойти с ума?

Мне плохо, морально и физически.

Я вспоминаю его лицо, там, за стеклом переговорной. Оно не было сломленным, может, лишь немного печальным. Он очень сильный. А я слабая. Я на воле, но моя жизнь рухнула.

— Если только совсем немного, — резюмирует слишком ярко накрашенная докторица, глядя на меня из-за стекол очков в модной оправе. — Ему нужно больше отдыхать и меньше волноваться. Все-таки пулевое ранение — это не шутки. Постарайтесь его не тревожить, хорошо?

— Безусловно.

Я побуду с ним несколько минут и уйду, — уверяю врача и, шурша бахилами, неторопливо иду к одиночной палате отца в самом конце коридора.

Больше отдыхать и меньше волноваться — то же самое я прочитала сегодня утром на форуме о беременности и родах. Не знаю, что именно я хотела там увидеть… Счастливые лица «беременных» парочек? Кадры первого момента встречи новорожденного сына и молодого отца?

После СИЗО я поехала домой, но так и не смогла сомкнуть глаз.

Меня полоскало всю ночь, я плакала не переставая. Рыдала так долго, что сейчас лицо опухло, словно у отъявленного пропоицы — полопанные капилляры, набрякшие веки. Силы меня полностью покинули, а после чтения дурацких статей накрыла такая беспросветная апатия… я даже не вымыла голову, от чего розовые пряди висят неряшливыми сосульками.

Сейчас я точно похожа на наркоманку, радуйтесь, соседи. И да, скоро вам будет, что обсудить. Впереди несколько месяцев веселого шоу.

Фраза, застрявшая в мозгу и сводящая с ума вот уже почти сутки.

Я скоро рехнусь. Да я уже на грани!

Как это понимать? К «делу» меня никто не подпустил — не положено. Я в слепом неведении и никто не способен мне сейчас хоть чем-то помочь.

Он сидит там сейчас, один, избитый и… невиновный. Я не верю, что он стрелял. Он не мог!

Да, ранение есть, но в голове это уложить никак не выходит.

Он бы не стал. Произошло какое-то недоразумение. Что-то такое, чего я пока не знаю, не замечаю.