Я тебя получу

Еще бы, у него же наверняка прописка в местном обезьяннике! Ровняюсь с ним и кошусь на измазанное кровью счастливое лицо. Ненормальный. Да его заводит подобная ситуация! Драки, полиция, адреналин… Каждый день по острию лезвия.

Вот это все — и есть его жизнь.

Опускаю взгляд ниже и замечаю под расстегнутой курткой бурое пятно. На футболке. Очень большое пятно… с разбитого носа столько не накапает.

— У тебя там кровь… На футболке. Ты видел?

Он смотрит вниз, оттягивает двумя пальцами ткань от кожи и беспечно машет рукой.

— Нет, подожди! — снова торможу под фонарем и, наклонившись, аккуратно приподнимаю край его майки. Устрашающего вида рана! — Это что же, выходит… это не ты порезал кого-то, а кто-то порезал тебя? — поднимаю на него глаза и врезаюсь в стену разнузданого «мужского» взгляда.

— Можешь еще чуть-чуть ниже. И чуть ближе, — многозначительно ведет бровью на свой пах.

— Ты точно больной! — вспыхиваю, выпрямляясь. — Тебе в больницу надо! Я не врач, но, по-моему, тебя сильно зацепило.

— Говорю же — царапина, кожу рассекли. Жизненно важных органов не задели, можешь сама проверить.

Ну точно кретин невменяемый! Кровью истекает и умудряется переводить все в хохму.

Сейчас я совсем не думаю, кто он и что, плевать мне на его подноготную — с этим разберусь позже, главное — помочь. Ведь рана, правда, может оказаться серьезной. Я же не прощу себя потом, если вдруг что…

— Нет, я так не могу! Давай хотя бы салфетками антисептическими обработаем.

Ну не-ет! Неужели подрезали в толпе кошелек с телефоном?!

Встаю ближе под фонарь и заглядываю внутрь, заранее смирившись с тем, что ценных вещей я там не увижу. Но кошелек из мягкой коралловой кожи на месте, как и айфон. И даже косметичка. А это еще что…

Сморщив нос, выуживаю двумя пальцами небольшой испачканный чем-то темным нож.

Шок, непонимание… А потом до меня доходит.

В ужасе швыряю находку в траву, затем достаю влажные салфетки и, вытащив целую гору, истерично оттираю пальцы от чужой крови.

— Урод! Подбросил мне эту хрень, пока я не видела? Да как у тебя совести хватило! Хотя о чем это я, ты даже слова такого не слышал.

— Я знал, что тебя они обыскивать точно не будут, это была вынужденная мера. Существуй хоть один процент, что ты попала бы под раздачу — я бы этого не сделал.