Я знаю, что видел

Плавное вращение отбрасывает меня в прошлое, и ко мне приходят воспоминания. Все сразу. Целыми пластами.

То было после ссоры с Грейс. Усевшись на нашу скамейку в Хорнимане, мы начали заново. Что-то щелкнуло, и между нами вновь возникла симпатия. Для начала мы стали гулять по садам Хорниман. Затем открыли для себя и другие районы Лондона. Закупались на Боро-маркете, где рынок располагается прямо на брусчатке. Околачивались возле кафешек в Сохо и пекарен в Уайтчепеле, а в жаркие летние ночи жадно впивались зубами в горячие ржаные сандвичи с солониной.

Словно туристы, мы отправлялись в Гринвич поглазеть на нулевой меридиан. Каждые выходные становились для нас новым шансом сбежать от мира и одновременно нырнуть в него. Вспоминаю об этом сейчас и чувствую, что воспоминания мои избирательны – из них будто бы вынута неприглядная сторона простого обывательского счастья. Вспоминая, как рьяно мы бросились с головой в нашу новую жизнь, я вижу лишь приглаженную картинку. Словно, нырнув в волны, выходишь на берег неизменно лоснящийся и сверкающий на солнце. Камден-Маркет, Портобелло-роуд, собор Святого Павла.

А в скором времени мы начали присматривать себе настоящий дом. Не ту съемную блажь поблизости от наших офисов, а место, где пустить корни. Тихую гавань, где мы могли бы бросить якорь – вместе.

Деньги роли не играли – как минимум, проблем с ними не было. В то время мы зарабатывали столько, что людям со стороны и не объяснишь всей глупости положения. У нас было так много наличности, что мы и не рассматривали иных вариантов, кроме как выкупить сразу.

И вот мы начали откладывать. Для начала мы просто перечисляли излишки на сберегательный счет. Но когда там скопились первые несколько тысяч фунтов, до нас дошла вся бредовость этого замысла.

– Ну а что еще с этим делать? Только не предлагай загнать в один из твоих фондов, – заявила как-то раз Грейс, пока мы ужинали купленной навынос китайской едой.

Скрестив ноги, она сидела на ковре. В короткой, как у чирлидерши, юбке. В черных колготках. Волосы цвета клеверного меда сияли в приглушенном свете.

Она рассеянно коснулась своей подвески-ракушки.

– Фондовая биржа – тоже нет. Рынок скоро станет крайне волатильным, и это не мое личное мнение. Все прогнозы об этом говорят.

– Что же тогда? – спросила она, потирая друг о друга палочки, чтобы очистить от заусенцев.

– Может быть, разнообразим портфель? – предлагаю я. – Можно подобрать облигации с низкой степенью риска и, так сказать, заставить деньги работать.

– Не пойдет.