Я знаю, что видел

Что-то засело в моей голове, и теперь, когда синапсы горят огнем, это что-то приобретает значимость. Что это может быть?

Картинка растворяется в воздухе, меняясь на кадры с домом Эбади из полицейского видео. О, где же мои прежние воспоминания? Их прямо на моих глазах пожрали новые и столь пошлые. То видео разъедает мою память, заражает ее, вгрызается в мое сознание, как червь-паразит.

Чтобы уничтожить этого червя, я должен подумать о чем-то еще: Себе, доме, долларах, Грейс, Рори. Загоняю в голову одну картинку за другой, чтобы привести мысли в порядок, но тщетно.

Само это слово – стойкость – несется вперед зайцем-пейсмейкером. Я не проявил достаточной стойкости. В этом и проблема. Она, Грейс, тоже так считала.

Когда я увидел ее в окружении коробок в новой квартире, она сказала, что хотела, чтобы я сделал для нее что-нибудь приятное. Я выбрал ужин в кафе «Руж». Там мы часто тусовались студентами, а теперь, окончательно повзрослев, я чувствовал там легкое головокружение, будто смотрел на нас тогдашних с высоты.

Ели мы с тягостным ощущением значимости момента. Как на последнем ужине Христа с апостолами, а в завершении его я точно знал: все кончено. Наконец, чтобы хоть немного развеять мрачную атмосферу, я вытащил из кармана лежавшую там все время коробочку и протянул ей.

– Вот твоя ракушка, – сообщил я, когда она взяла у меня маленький золотой кулон, – нашел в ящике.

Она заглянула в коробочку, грустно улыбнулась, достала кулон и закрыла крышку.

– Думаю, мне пора, – сказал я.

– Отвезу тебя домой.

Грейс подъехала к тому месту, что было когда-то нашим домом. Я взглянул на ее лицо и поразился, какой же чужой она вдруг стала и как быстро это произошло.

– Могу зайти на кофе, – она взглянула на часы, – но только минут на пятнадцать, не больше.

– Не стоит, – ответил я, выходя из машины.

Я подошел к входной двери и вставил ключ. Оглянулся, чтобы проводить ее взглядом, и застыл на месте.

– Могу остаться дольше, – спокойно предложила она, направляясь ко мне.

– Все нормально, не стоит.

Я вытащил ключ из замка и ждал, что она уйдет.

– Ну я все равно загляну. На минутку.

Вздохнув, я сунул ключи в карман.

– Ты не сможешь зайти. Даже я не смогу зайти. Дом больше не мой.

Рот у нее округлился небольшой буквой о.

– Что ж, полезай обратно, – она указала на машину, – отвезу в твою новую квартиру.