Яжмаг вне закона

 – Итак, господа Хранители, никому не удалось доказать, что Ярослав ибн Гауда Мценский действовал по нашей наводке и в наших целях. У нашей стороны также нет к нему претензий.

– Вы свободны, – проскрипела троица Хранителей нашего города.

– Я не задержана, чтобы быть свободной. И не в вашей власти ограничивать моё присутствие здесь. – В глазах черноволосой красавицы вдруг сверкнули всполохи адского пламени. – Любой суд над яжмагом вправе рассматриваться обеими сторонами, таков Свод правил.

Чумной Доктор вскинул топор.

На секунду зависла очень взрывоопасная пауза. Но уже в следующее мгновение все вынужденно признали правоту гориллы. Тьма всегда имеет право быть рядом со Светом, как и наоборот. Иначе весь существующий мир теряет сами основы своего существования. Страшный топор палача осторожно ткнулся лезвием в пол, Гилла стёрла улыбку с лица, став вдруг максимально серьёзной.

А минутой позже кто-то разнёс входные двери в особняке братьев Брусницыных. Если это не моя банда, то, чоткий Сотона, я уже и не знаю, что предположить? В большой зал въехала та самая чёрная карета, но управляла лошадьми Белая Невесточка, а связанный собственным же кнутом кучер в капюшоне, натянутом до плеч, послушным сусликом сидел рядом на облучке.

Белое круглое личико Геленджик казалось особенно бледным – это опасный признак того, что она ох-как-не-в-настроении…

– Кавалерию вызывали? – Из распахнувшейся дверцы выпрыгнула правнучка архангела, наряженная в ярко-красную черкеску с серебряными газырями, синие легинсы, сапожки и маленькую каракулевую папаху.

Костюмчик, конечно, карнавальный, но ей оно шло. Следом показались сумрачный Гэндальф и самодовольно облизывающийся Фамильяр. Я прищёлкнул каблуками, вытянулся, отсалютовал им всем двумя пальцами к виску на манер сербских офицеров. Кто хоть на минуту сомневался, что они за мной приедут?! Хотя, конечно, угнать чёрную карету вместе с кучером и грозными, лохматыми фризами и въехать на ней прямо в зал суда – это круто…

– Приветствую высокий совет Хранителей сего северного города.

 – Печальный (потому что трезвый) призрак вышел вперёд, поклонился, сняв шляпу, и вновь выпрямился, задрав подбородок. – Внемлите же просьбе старика, отпустите этого человека! И в чём бы ни была его вина, мнимая или явная, возьмите меня вместо него…

– Вы просите невозможного.

– Ярослав хороший! – Нонна в три прыжка встала рядом, закрывая меня спиной и шепча: – Ничего не бойтесь! Они вас не тронут, они же на стороне Света и Добра!

– Я вас умоляю.