Игры с Тенью, или Семь поцелуев для недотроги

— Надеюсь, что мы до такого все-таки не дойдем… И в истории не будет еще одной безумной кровавой ночи, — с надеждой в голосе произнесла я.

— Дойдем, — обреченно заявил Дариус и поднялся на ноги. — Я не смог завершить ритуал над Таром.

— Что вы имеете ввиду?

— Это я убил девушек, Ив, — всплеснул руками Трези, с таким видом, словно ему больше нечего терять. — И символы рядом с ними — тоже дело моих рук. Я пытался завершить ритуал на крови, чтобы больше не мучить Оттара. Да и он скорее меня убил, чем подпустил бы к себе.

— Что?! Вы уже пытались связать символы?!

— Конечно. На обеде я добавил Оттару в вино немного крови, чтобы завершить цепочку. Но ничего не произошло. Поэтому я и пришел. Мне нужно, чтобы вы убедили Оттара закончить ритуал. У нас остается очень мало времени. Камень Тейнебриса уже у них. Если они принесут ещё одно жертвоприношение — им останется только ждать субботы.

— Откуда вы знаете, что камень уже у них? — хмурясь, уточнил Верлиан. — И вообще, они, это черт возьми, кто?

— Я точно не знаю, но у меня есть несколько предположений… Сейчас я вам все расскажу.

Сегодня явно был не мой день.

У меня складывалось впечатление, что Боги решили проверить мои нервы на прочность. И что-то мне подсказывало, что эту проверку я не пройду.

Я готов был смириться и с говорящим котом, и со встречей со стариком Рейгаром, и с неудавшимся побегом миссис Кирвин, да даже с новостями Асвальда по поводу загадочного исчезновения Бринелль…

Но пробираться по оживленному порту, держа на руках подстреленного младшего брата — это стало последней каплей.

Да и дамские оханья, доносившиеся со всех сторон, и мужские любопытные взгляды тоже порядком раздражали.

— Ты как? — спросил я, всмотревшись в искаженное болью лицо Асвальда.

Дьявол… Какого черта он влез под пулю?! Если миссис Кирвин и кажется с виду милой художницей, то это не значит, что у нее не может быть револьвера! Я в который раз убедился, что законник из моего брата совсем никудышный.

— Жить буду. У меня же нога прострелена, а не сердце, — ответил Асвальд сквозь зубы. — А ты боль облегчить можешь?

— Я ее уже облегчаю.

— А почему мне все равно больно?

Я немного изменил положение пальцев, покоящихся возле раны Асвальда, и он тут же вскрикнул.