А потом...
Потом его ладонь накрывает ее пальцы , уже забравшиеся в джинсы, а вторая сжимает грудь. Больно. Это больно. Но Керри чувствует, как живительное тепло распространяется по телу, толчками. Она выгибается и стонет. И глаз не отрывает от него.
А дальше Рэй срывается. Джинсы летят в сторону, и Керри стонет и всхлипывает от тяжести его тела на себе, острой и желанной. От поцелуев, несдержанных, как и он сам, грубых и жестоких. Он, как всегда, не думает о ней. А не надо! Ей не надо! Он кусает в шею, вгрызается, словно сожрать хочет, поглотить целиком, одновременно с укусами толчком врываясь в нее, сразу беря жестокий темп, от которого ноги Керри, закинутые на плечи Рэя, сотрясаются и подпрыгивают.
Это не секс. Это вообще не секс. Это лечение. А лечение не всегда бывает приятным. Но всегда необходимым.
И Керри только прижимается крепче, только закусывает губу от очередного болезненного движения, от того, как сильно он сжимает ее, как целует-кусает, как смотрит.
Рэй каждым своим движением заставляет ее забыть о чужих, мерзких прикосновениях, гадостных поцелуях, отвратительных словах.
Он заменяет эти воспоминания другими, вытесняет то, что произошло, новыми впечатлениями, более острыми, более горячими. Нужными. Правильными.
И Керри ощущает себя так, словно всем телом прислонилась к той самой пресловутой русской печи, которую она, наверно, никогда в жизни не увидит. Но ей и не надо. Рэй - ее источник тепла. Источник жизни."
"Он не отпускает ее долго, очень долго. И губы ее, искусанные и саднящие, раскрываются в болезненной необходимости воздуха.
Рэй приникает к ним, даря ей вместо воздуха себя. Заменяя. И Керри только плачет благодарно. И оргазм совсем не похож на то, что бывало раньше. Нет. Это не взрыв. Это не мягкий сладкий водоворот. Это срывание с раны присохшей повязки. Это боль, пронизывающая все тело. С невозможным, умопомрачительным освобождением в финале. Керри кричит от боли и удовольствия, плачет, сжимая свое единственное лекарство так сильно, что он кончает следом, обнимая с такой страстью, словно она - самое главное в его жизни.
То, ради кого стоит вообще жить.
Они еще какое-то время лежат, не в силах оторваться друг от друга, не в силах понять, что произошло, настолько это другое, настолько это... Сокровенное?
Да, наверно. Это слово кажется Керри правильным. Именно так она и думает перед тем, как упасть в пропасть сна, больше похожего на обморок.
Она уверена, что Рэй ей расскажет все потом, когда у них обоих будут на это силы.
