Толпою тесною художник поместилСюда начальников народных наших сил,Покрытых славою чудесного походаИ вечной памятью двенадцатого года.Нередко медленно меж ими я брожуИ на знакомые их образы гляжу,И, мнится, слышу их воинственные клики…– Да, хорошо написал про эту галерею господин Пушкин, – отозвался Николай.
Они помолчали немножко, шагая по бульвару мимо Адмиралтейства. У дома Лобанова-Ростовского – того самого, со львами, где с 1828 года располагалось Военное министерство – царь и Александр свернули на Вознесенский проспект и вышли к площади, на которой стоял памятник императору Николаю I, работы барона Петра Клодта.
– А вот и памятник вам, Николай Павлович, – шепнул Шумилин царю, который удивленно смотрел на себя самого бронзового. – Как видите, у нас помнят не только бунтовщиков. Можете подойти к нему и полюбоваться.
Царь машинально кивнул, и по его щеке снова скатилась слеза.
«Да, слишком сегодня получился слезливый день для самодержца, – подумал про себя Александр, – но иногда слезы смывают с души все плохое, и это идет человеку только на пользу…»
Наша служба и опасна и трудна
Человек Бенкендорфа пришел, как и обещал граф, на следующее утро.
Едва Одоевский и его гости успели позавтракать, как в гостиную вошел лакей и, нагнувшись к князю, что-то шепнул ему на ухо. Одоевский кивнул и велел слуге пригласить посланца Александра Христофоровича.
Вскоре в комнату вошел мужчина в сером цивильном костюме, лет тридцати от роду, высокий, статный, с приятным, располагающим к себе лицом.
Он поклонился присутствующим и, остановив свой взгляд на Викторе, подошел к нему.
– Их сиятельство просил передать вам это, – сказал ранний гость, доставая из кармана шариковую ручку с зенитовской эмблемой.
– Если не ошибаюсь, вы ротмистр Соколов? – спросил Сергеев, поднимаясь с кресла навстречу господину из III отделения. – Дмитрий Григорьевич?
Ротмистр утвердительно кивнул, и тогда Виктор представился сам и представил свою спутницу.
Соколов вел себя спокойно. По его поведению было трудно понять – рассказал ли ему граф, откуда и из каких времен прибыл человек, назвавшийся отставным майором Сергеевым. Скорее всего, нет. Но ротмистр быстро сообразил, что этот пожилой плотный мужчина с седыми усами и едва заметным шрамом на лбу совсем не похож на тех, с кем ему приходилось сталкиваться ранее.
