Инферно Габриеля

Сама, без его чар и уловок… А ведь когда он увидел ее, завернутую в полотенце, у него все поплыло перед глазами и зов плоти почти заглушил голос разума.

«Вот к чему привели годы безудержного потворства собственной похоти. Ты лишился способности достойно ухаживать за женщиной, как и подобает джентльмену. Ты болтаешь ей о красивых интимных отношениях, а самого тянет в привычное траханье. И получатся ли у тебя с нею такие отношения? Сумеешь ли ты подарить ей все, что так щедро обещаешь? Или и в ней ты очень скоро начнешь видеть не более чем красивую игрушку, созданную исключительно для телесных удовольствии? Способен ли ты любить без греха?»

Тревожные мысли угрожали расколоть Габриелю голову.

В его объятиях безмятежно спала розовощекая овечка, доверившаяся ему и даже не подозревавшая, какая страсть бурлит у него внутри. Габриель выключил свой мобильник, потом на цыпочках прошел в ванную и выключил подогрев пола. Там он разделся и внимательно просмотрел марки всех гелей и шампуней, которыми пользовалась Джулия, чтобы к следующему ее визиту купить такие же. Конечно, его любимым запахом по-прежнему оставалась ваниль. Может, ваниль с шоколадом…

Вернувшись в комнату, Габриель погасил свет и лег рядом с Джулией. Кровать была совершенно не рассчитана на двоих. И он сразу вспомнил жесткие кровати в общежитиях Принстона и Оксфорда. На них даже спать было тяжело, не говоря уже о занятиях сексом.

Пытаясь найти более или менее удобную позу для сна, Габриель сунул руку под подушку и наткнулся на что-то, напоминающее открытку.

Он извлек бумажку и попытался рассмотреть ее в лунном свете, который пробивался сквозь занавеску. Габриель обомлел: это была его старая фотография времен учебы в Принстоне. Он в форме университетского гребного клуба, в котором тогда занимался.

«Откуда у Джулии этот снимок? И как давно она хранит его?» Габриель осторожно засунул снимок обратно под подушку. Конечно же, неожиданная находка удивила его. Но было и другое чувство: что-то сродни надежде.

Габриель никогда не был любителем романтичных отношений.

Но в эту ночь ему очень хотелось романтики. И тогда Габриель повернулся на бок, обнял Джулию и зарылся носом в ее волосы, изумительно пахнущие ванилью.

Джулия проснулась около трех часов ночи. Окружающее пространство пахло Габриелем. Его сильная рука обнимала ее за талию, а его грудь упиралась ей в спину. Габриель тоже шевельнулся, но по ровному дыханию она поняла: он спит.

В темноте Джулия смотрела на спящего Габриеля.