Ингвар и Ольха

Постель скомкана, словно полночи ворочался с боку на бок, на столе кубок с остатками вина. А на стене, завешанной толстым ковром, холодно и загадочно блещут мечи, топоры, шестоперы, клевцы, кинжалы… Даже мечи такие, каких отродясь не видывала: черные, как ночь, прямые и длинные, другие же загнутые, третьи только с одной острой стороной, а на другой, как острые зубы, блестят зазубрины…

Ей показалось, что слышит шаги. Торопливо сорвала узкий кинжал, самый неприметный, зато в ножнах на простом ремне, подбежала к двери, но шаги приближались.

Не зная, куда спрятаться, она отбежала за ложе, присела с той стороны. Благо одеяло сползло до самого пола.

Дверь распахнулась, по шагам она узнала Ингвара. Он что-то взял, вышел, но она долго сидела на корточках, чувствуя, как колотится ее сердечко. Торопливо опоясалась, ножны слегка оттянули пояс. Она вытащила кинжал, с восторгом и удивлением оглядела узкое лезвие, черное, как ночь. Черный булат, вспомнила рассказы бывалых воинов, а ее отец называл этот металл черной бронзой.

Вроде бы мечи из черной бронзы крепче харалужных, только секрет этого металла погиб…

Торопливо выскользнула в коридор, пробежала на цыпочках до своей комнаты. На поясе чувствовалась приятная тяжесть.

Остаток дня тянулся нескончаемо долго. Она уже возненавидела это бесконечное застолье, когда только едят и пьют, когда однообразие пытаются разукрасить драками, боем на мечах, но пришел вечер, настала ночь, она наконец встала из-за стола и, сославшись на усталость, неспешно отправилась наверх.

Она чувствовала тяжелый взгляд Ингвара, отчего спина ее выпрямилась гордо и надменно, а по телу пробежала невидимая для Ингвара сладкая дрожь. Поднималась медленно, как подобает княгине, слышала, как притихли гуляки, и знала, что выглядит великолепно.

В своей комнате сделала вырез на платье чуть глубже, но так, чтобы это выглядело как бы нечаянно, добавила масла в светильники. Вытащила из-под подушки кинжал в потертых ножнах, прицепила к поясу. От возбуждения горели щеки.

Она не находила себе места, вставала и подбегала к двери, прислушивалась, но когда в коридоре послышались знакомые шаги, она могла их отличить из тысячи, то уже сидела у окна, оранжевый свет падал на ее очень спокойное лицо.

Ингвар вошел тяжелый, огромный. Его черная тень угрожающе заметалась по стенам. Глаза его угрюмо смотрели из-под сдвинутых черных бровей. На лбу залегли тяжелые морщины, такие же горькие складки прорезали лицо у рта.