Ингвар и Ольха

Великий князь цел, Асмунд укоряюще покачал головой:

– Все тешишься? Почему не кликнул?

– Ну да, – сказал Олег сварливо, – а потом растрезвонишь, что я испужался всего-то троих хазар… Эй, стой там!

Хазарин, к которому Олег обратился, вздрогнул, застыл. Остановились и русы, смотрели выжидательно. Олег неспешно снял с плеча свой лук, попробовал тетиву, вытащил из тулы длинную толстую стрелу с белым лебяжьим пером.

– Эй ты, – сказал он хазарину. – Теперь моя очередь… Но я поступлю по-доброму. Всего один выстрел! Всего одна стрела.

Сумеешь избежать – твое счастье. Уходи живым, никто тебя пальцем не тронет.

Рудый слегка кивнул Ингвару, оба отступили и пропали среди зелени. Асмунд вскрикнул негодующе:

– Сдурел? У тебя ж руки трясутся, будто курей по ночам таскаешь.

– А у тебя – колени, – отпарировал Олег.

Он наложил стрелу, начал оттягивать тетиву. Хазарин, в лицо которому смотрело блестящее острие, побледнел, затравленно оглянулся. В двух шагах справа высилась довольно толстая неопрятная сосна.

Внезапно в глазах мелькнула надежда. Он сдвинулся на шаг, Асмунд протестующе завопил, но Олег и ухом не повел. Хазарин сделал еще шаг, укрылся за деревом. Ведь проклятый князь русов сказал, что если не поразит одной стрелой, то отпустит живым, а о том, чтобы именно увернуться, условия не ставил… А слово дано – уже не по-княжески брать обратно. Да и не в обычаях русов так делать.

Олег неспешно прицелился, отпустил тетиву. Стрела мелькнула белым пером, исчезла. Послышался глухой стук в дерево, затем – крик страха и боли.

Асмунд, как медведь, проломился через кусты. За ним спешили дружинники. Глаза воеводы стали огромные, как у филина.

– Ни-че-го себе… Ты откуда знал, что там дупло?

– Так отсюда же видно, – буркнул Олег, он изо всех сил скрывал довольство, но рот сам расплывался в усмешке. – Но вообще-то деревья знать надо… А ты все еще березу от сосны не отличишь!

Дружинники подхватили хазарина, тот зажимал рану на животе. Кровь обильно текла между пальцами, обломок стрелы торчал как расколотый зуб.

Несчастного уволокли за кусты. Вскоре оттуда послышались дикие крики, душераздирающие стоны.

– Боярин Кожедуб, – ответил Асмунд так же коротко.

– Защищался. А когда увидел, что берем живьем, бросился на меч.

– Добрый был воин… Что ему не так? Вместе ходили на Царьград, вместе воевали тиверцев, примучивали берендеев, торков… А как там Калина?

Асмунд смотрел подозрительно:

– И это знаешь? Или догадываешься? Похоже, тоже в заговоре.