Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

Принц Альберт выражал намерение покинуть побережье уже сегодня ввиду плотного графика поездки, и ничто в его доброжелательном тоне не намекало на вчерашнее неожиданное признание. Однако приписка заставила меня вздрогнуть:

«P.S. Вероятно, вам будет интересно узнать кое-что ещё. Ночью у меня состоялся непредвиденный и довольно странный разговор с кайарахи. Я не до конца понял причину его внезапного возвращения в поместье, а передать вам суть разговора не имею морального права. Достаточно того, что Чёрный Вепрь назвал меня трусом.

Что же. Пусть так. Кажется, кайарахи ожидал от меня каких-то поступков. И у меня сложилось впечатление, что по отношению именно к вам. Вероятно, те ограничения, что накладывает на меня высокое происхождение, позволяют в какой-то степени определить моё бездействие как трусость. Я же руководствуюсь теми принципами, что вложил в меня уважаемый теви Минци – уважением к чувствам других, пусть и в ущерб собственным. А вас тревожить своими эгоистичными переживаниями я больше не смею. Мы не смогли найти с кайарахи общий язык, и я ещё раз убедился, насколько далеки друг от друга наши культуры. И только в вашей власти укрепить этот зыбкий мост между нашими странами. Верю в вас всей душой.

P.P.S. Бесконечно сожалею о такой короткой встрече с вами и надеюсь на новую уже в Астеви-Раше.

P.P.P.S. Ваш секрет в надёжных руках, хотя я чуть было не нарушил данное вам обещание. Я знаю, что вы бы меня не простили.

Ваш преданный друг Альберт».

Я уронила голову в ладони.

Пусть в том интимном разговоре я ни в чём конкретном принцу не призналась, но сложно ли было сложить два и два… И понять, кто является объектом моего увлечения. Принц – благородный человек и ничем не выдал это знание ни передо мной, ни перед кайарахи. Впрочем, могло ли быть иначе, раз воспитывал его мой отец. Я бы поступила так же.

Ни с кем до этого мне не приходилось так откровенно говорить о чувствах. Да и чувств раньше таких не было. Это было так странно: и больно, и сладостно обсуждать их с чужим человеком.

Нет, не с чужим – с вайруа-ароха, с «родной душой», что я неожиданно нашла в принце.

От размышлений меня оторвала хлопочущая Мелли.

– Ой, а малютка-то наша!.. Магрета! Ну да ничего, мы же на пару недель всего, да? Да и мамаша её меня заклюёт – ни контракта, как у нас, ни даже официального приглашения. Не отпустит, да я и сама не предложу. Тут уж не поспоришь, чай, в Дэврети – это не на курорт съездить.