Андрей раздраженно схватил трубку, но звонок не умолкал. Ругнувшись, полковник бросил трубку на рычаг и схватил другую. По внутреннему телефону звонил дежурный.
— Товарищ полковник, — сказал он, — к вам посетитель.
— Кто?
— Полковник Сорокин из МУРа и с ним какой-то штатский.
— Какой еще штатский? Вы документы у него проверили?
— Он не дает. Мне, говорит, надо к полковнику по строго конфиденциальному делу, касающемуся его жены. Вашей, значит, жены…
— Что за бред, лейтенант? Вы по управлению дежурите или дровяной склад охраняете? По гауптвахте соскучились?
— Не пугай, полковник, пуганые уже, — ответил дежурный, и Мещеряков опешил от такой неслыханной наглости.
— И вообще, если не положишь завтра утром три штуки баксов под мусорную корзину в кабинете генерала Федотова, не видать тебе твоей жены, как своих ушей.
Дежурный разразился демоническим хохотом. До полковника стало понемногу доходить.
— Сволочь, — упавшим голосом сказал он в хохочущую трубку. — Какая же ты все-таки сволочь, Забродов…
— Ага, узнал, — сказал Илларион своим нормальным голосом.
— Так ты как сам спустишься, или нам подняться?
— Отдай трубку дежурному… недоносок. Дежурный? Пропустите этих клоунов ко мне. И имейте в виду, что в следующий раз я вам за такой балаган голову оторву. Вы на службе или в кабаке?
— Виноват, товарищ полковник, — сказал дежурный голосом, полным фальшивого раскаяния. Собственно, винить его было не в чем — где Забродов, там и балаган.
Через пять минут вся компания стояла в кабинете генерала Федотова.
— Так, — сказал генерал, оглядывая живописную группу, центром которой, несомненно, являлась неописуемо грязная и ободранная фигура Забродова. Неуловимые мстители. Красные дьяволята. Проходите, садитесь. Чем порадуете? Кофе?
— Пожрать бы… Простите, товарищ генерал, — спохватился Забродов. — Я хотел сказать, что к кофе было бы неплохо пару бутербродов… и хорошего компьютерщика.
Он положил перед генералом дискету.
— Я думаю, что тут все как следует зашифровано, закодировано… в общем, я в этом ничего не понимаю.
— Однако, — сказал генерал, вертя в пальцах дискету. — Добрая работа. Значит, из-за этой штуки и убили Алехина?
— Скорее всего, — сказал Илларион. — Узнаем, когда прочтем. Или нам нельзя?
— Вам-то? Вам можно, — сказал генерал и нажал клавишу селектора. — Кому ж ее читать-то, как не вам?
Тут где-то в недрах просторного сорокинского пиджака запищала рация.
— Вы разрешите? — спросил Сорокин.
— Валяй, — ответил генерал.
