Говорков хоть и был слаб на спиртное, но был вовсе не глуп, а местами даже очень сообразителен и изобретателен. Вот и сейчас он понял, что и у Забродова какие-то неприятности.
— Понял, Константинович, — выдавил из себя Говорков и тут же влил в себя «лекарство».
Мужики прикусили… Потом, повторив еще по сто граммов и закурив по сигарете, молча посмотрели друг на друга. Разговор не клеился. И только когда начали вторую бутылку водки, хозяин квартиры поинтересовался у соседа:
— Так что там у тебя случилось такое, Иосиф Петрович? Что за беда?
Говорков тут же оторвался от кильки в томате, которую тщательно вылавливал батоном из банки, и, вытерев тыльной стороной ладони испачканный рот, сообщил:
— Вот именно беда, Константинович! Не знаю, что и делать со своим племянником!
Забродов недоуменно посмотрел на своего гостя, который вдруг стал жалобно шмыгать красным носом.
— А что такое? — откинувшись на спинку стула и закурив очередную сигарету, спросил Илларион Константинович у своего собеседника.
Говорков махнул рукой и нервно закурил сигарету.
— Даже не знаю, как и сказать, Илларион, — начал он, замолчал и опустил глаза.
— Так говори, как оно есть, — пожал плечами Забродов.
Иосиф Говорков поднял голову, посмотрел на седовласого хозяина квартиры, развел руками и, громко причмокнув жирными губами, сказал:
— Так в том-то и дело, Константинович, что я не знаю, как оно есть.
Вроде бы ничего не случилось, но я чувствую печенками, что нечто случилось, и меня это очень беспокоит!"
"Из сумбурной речи худощавого расстроенного соседа Илларион Забродов ничего не понял, но почувствовал, что у Говоркова и в самом деле какие-то крупные неприятности.
— Петрович, успокойся, — сказал Забродов и, взяв со стола бутылку водки, налил спиртное в рюмки. — Выпей и расскажи все по порядку.
Говорков смахнул кулаком набежавшую слезу и решительно кивнул головой:
— Хорошо!
Мужики выпили и закурили.
Илларион Константинович внимательно посмотрел на своего несчастного и убитого горем соседа и проговорил:
— Я слушаю, Петрович… Так что случилось? В чем сыр-бор?
Иосиф Говорков сделал еще одну затяжку, задержал дыхание, а потом, шумно выдохнув из себя дым, решительно затушил окурок в консервной банке и встал со стула.
