Испытание (СИ)

Но вот простят ли его, за то, что он с ними сделал? С этим он будет жить теперь всю оставшуюся жизнь. С этим чувством вины и собственного морального уродства. Может, хоть деньги, как-то смягчат их сердца... Если можно измерить деньгами тот вред, что им нанес.

Итак, он расплатился со всеми.

Но счет на номер 44 он придержал. Не посмел с ней деньгами расплатиться. Ей единственной он тогда вернул не просто свободу, прежнюю жизнь. Все остальные получили новые имена и новые биографии. А девушке Саше Савенковой он, бывший Арсений Мошков, не посмел ничем напомнить о себе, а тем более денег предложить.

Для нее его не просто никогда было. Так и придержал он этот счет и Борисов за него ответственности не нес.

Дальше было десять операций, полгода прикованный к постели. Пластику делать не стал. Пусть будет, что есть. Потом стал потихонечку, потихонечку, стиснув зубы подниматься через не могу. Обливаясь холодным потом от боли и бессилия, волочить ноги, пытаться учиться ходить. Встал.

Теперь его звали Максим Петрович Алексин.

И было у него все новое, и легенда, и жизнь, и статус. Борисов навещал его в больнице регулярно, оплачивал лечение, сообщал о том, как продвигаются поиски, что с женщинами, вообще о жизни.

Когда оставаться в клинике больше уже не имело смысла, Борисов посетил его в последний раз.

- Смотри, Макс, а что, мне Макс больше нравится, раз уж ты от всего решил отказаться, умная твоя головушка, у меня есть одна подходящая для тебя квартира в Раменском, так что, бомжевать не будешь.

И вот тебе пятьдесят кусков на первое время, пока работать начнешь. Ты, кстати, заняться чем решил?

- Пока не знаю. Но что-нибудь придумаю.

- Ладно, звони, если помирать будешь, - и дал ему номер для экстренных случаев.

Однако оба знали, что звонить он не станет. Борисов довез его до той самой квартиры. Двушка-хрущевка, не совсем и убитая, жить можно. Выпили по чуть, бутылку по дороге захватили в минимаркете, а потом Николай Савелич вызвал водителя, попрощался и ушел.

Насовсем.

В общем, теперь Максим Алексин начинал все заново. Но тоже, как бы, не на пустом месте. А что, квартира, какая-никакая, машина, на которой ехали, ниссан Алмера, не очень старая, всего шесть лет, да пятьдесят тысяч долларов. Да еще диплом спеца по информационным технологиям. Совсем и не плохо.

- Вот и посмотрим, чего ты стоишь без папашиных денег, - сказал он себе, - Живи теперь, раз зачем-то жить остался.

Вот и стал жить.