Отступив на шаг назад, обернулась на джип, прижала Виталика к себе.
— Я закричу.
ГЛАВА 18"
"— Где они, Али? — сжимая пальцами кадык своего верного помощника, Марат стиснул челюсти до хруста. — Где Снежана и ребёнок?
— Я не знаю, Марат Саидович! Клянусь! Поверьте мне, — прохрипел Али, даже не пытаясь сопротивляться. Нету смысла.
— Поверить? Конечно. Я верю тебе, Али. Я верю, что ты не предатель. Но с каждой минутой моя вера в тебя угасает, — Хаджиев сжал пальцы ещё сильнее. — Говори, где моя женщина. Или я вырву тебе кишки, сука!
— Да пошёл ты! — губы Али исказила злая ухмылка, но Марат тут же стёр её с его лица, впечатав кулак в лицо помощника.
— В мой багажник эту гниду! Я тебя, тварь, сгною в своём подвале!
Охранники расступились, когда упирающегося Али протащили мимо, а Марат упёрся ладонями в кирпичную стену, закрыл глаза.
— Найти её! Прочесать весь город! Всю страну, блядь, прочесать!
Охранники бросились врассыпную, а Марат поправил манжеты рубашки, улыбнулся.
— Ну что, брат, прокатимся? — постучал по крышке багажника, запрыгнул во внедорожник.
Уже за городом остановился, вытащил Али. Тот сплюнул выбитый зуб, прокашлялся.
— Сильно я тебя, да?
— Всё нормально, Марат Саидович. Так правдоподобно, — облокотившись о машину, отдышался. — Но рука у вас, конечно, тяжёлая.
Марат похлопал его по плечу, подал бутылку с водой.
— Кто?
Али сделал несколько глотков, остаток вылил себе на голову, стряхнул капли.
— Новенький. Арсен. Я его взял две недели назад. Тут мой косяк, простите, Марат Саидович.
— Это очень серьёзный косяк, Али. А если бы этот гондон добрался до Снежаны?
Помощник виновато повесил голову.
— Вы же знаете, подходить близко к вашей семье я разрешаю только Ахмеду. Остальным даже смотреть не позволено. Тем более тем, в ком я не уверен.
— Как понял, что это он? — по коже прошёл холод, когда представил, что Снежана могла попасть в руки шестёрке Шатуна.
— Только он знал, где я живу, не считая Ахмеда и вас. Это он мою Таисию похитил.
Мразь, — сжав кулаки до хруста, Али саданул ими по машине. — Извините… — сплюнул кровь, облокотился о дверь. — И он заметно нервничал, когда вы меня прессовали. Все парни спокойны, а этот дёргается.
Марат кивнул. В былое время Али поплатился бы не одним выбитым зубом за свою ошибку. Но кому, как не Хаджиеву знать, как отрубает башку женщина. Мозги превращаются в кашу, и мужик уже не хищник, а домашний кот.
— Ладно. Придерживаемся нашего плана. Полезай обратно.
