Опустив ресницы, она разглядывала сидящего перед ней мужчину. Но тот, казалось, ничего не замечал.
Йеванн сидел, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза. Резкие черты немного расслабились, исчезли морщинки на лбу и вокруг крыльев носа. Но лицо не утратило властности. Просто стало выглядеть немного моложе.
Дея в который раз отметила для себя, что ее навязанный муж очень красив. Отметила машинально, как отмечают красоту статуи или картины. Но при этом внизу живота что-то сладко затрепетало, вызывая воспоминания о его поцелуях…
Нет… Не думать об этом!
Но образы, ощущения, пережитые эмоции лезли в голову, и не нашлось силы, чтобы их оттолкнуть.
Легче признать, чем бороться с собой: ей хотелось еще.
Когда он сорвал поцелуй в первый раз, там в Рузанне, Дею обуял гнев. В тот момент она ненавидела его, а заодно и себя, потому что его губы доставили ей мучительное, но сладкое удовольствие."
"Бертран никогда так не целовал. Жарко. Напористо. С неудержимой страстью и злом. Он всегда был предельно нежным, аккуратным.
Его поцелуи были легким прикосновением губ. Мягким и осторожным.
Ей нравились поцелуи Бертрана. Но ни один из них не заставил ее испытать столько эмоций, сколько единственный поцелуй Йеванна. Ни один из них не поднял со дна ее души столько темных, непонятных и пугающих чувств.
А потом в будуаре…
Когда Йеванн стоял у нее за спиной, и она ощущала жар его тела…
Ей хотелось закрыть глаза, прижаться к нему, почувствовать его руки у себя на груди… Горячие сухие ладони, что будут скользить вдоль ее тела, пробуждая запретное темное чувство…
Даже сейчас, стоило вспомнить об этом — и внутри живота поселилась томная тяжесть.
Дея выдохнула, отгоняя непрошеное наваждение, и повернулась к окну.
Даже если Катарина права, и тайхи сказали правду, еще неизвестно, кто кем управляет. Судьба демоном, или демон своей судьбой. К тому же Йеванн не чистокровный демон, в нем многое от человека, а люди сами вольны решать за себя…
— Приехали, — отметил Йеванн, открывая глаза.
Девушка машинально глянула на него.
На секунду их взгляды встретились. И ей показалось, будто он понял, о чем она думает, понял, что ее мучит.
Густо покраснев, Дея резко отвернулась к окну.
Карета пересекла высокие кованые ворота с королевскими гербами и остановилась. К ней тут же подбежал тайх. Открыл дверцу и отдал Йеванну честь:
— Приветствую, Ваша Светлость. Император ждет у себя. Мы проводим.
Глава 13
Их провели через маленькую неприметную дверь в каменной стене.
