Исцеление любовью

Все погружалось в мутную серую мглу.

Но каждый день на несколько драгоценных часов к нему возвращалось зрение.

В такие часы он видел, как дряхлый старик без очков. Различал смутные очертания и приглушенные цвета. Дерево казалось ему размытым, неправильной формы пятном на фоне неба, его листва – серовато-зеленой тенью, похожей на плесень на сыре. Глядя на страницу в книге, он видел, как темный прямоугольник текста разделяется на строки. Но разглядеть слова, а тем более буквы не мог. Ему удавалось получить некоторое представление о лицах, хотя чаще всего они казались ему примитивными, как лица тряпичных кукол: две пуговицы глаз, щель рта.

Вот и все, что он видел в лучшие часы. И эти возможности казались ему блаженством. Минувшей ночью его одурманили аромат и вкус мисс Гуднайт, но, по крайней мере, ее вид остался для него загадкой. Если повезет, он увидит ее как белесый столб с темной шапкой волос. Невыразительный и неприглядный.

На это он и рассчитывал.

Но когда она предстала перед ним, ее угораздило остановиться точно напротив восточных ворот замка, в которые как раз хлынули лучи утреннего солнца.

При первом взгляде на Иззи Гуднайт Рэнсому показалось, что она окутана золотистым сиянием. Солнечный свет придал сходство с рельефом ее тонкой фигурке с изящными изгибами и ореолу непослушных распущенных волос, которые словно пылали.

В эту минуту Рэнсом стоял, но был готов рухнуть на колени. Он ничуть не сомневался, что слышит небесный хор. Именно такую красоту справедливо называют «потрясающей».

И он действительно был потрясен.

«Сдвинься с места! – мысленно взмолился он. – Сделай два шага вправо. Или влево. Нет, нет – лучше совсем уйди».

– А я думал, вы еще спите, – произнес он.

И он увидел, как алая линия ее губ растянулась в улыбке.

Он обвел взглядом ее тело, задержавшись на неясных, но несомненных изгибах груди и бедер. Все это он прижимал к себе прошлой ночью. И теперь не мог понять, какого черта разжал объятия.

– Не сомневайтесь, я проснулась с первым лучом солнца, – продолжала она.

Верно. Для этого и встала.

Свистом подозвав Магнуса, он направился внутрь.

Она, конечно, последовала за ним. Прямиком в большой зал.

– Знаете, – чувственно зевнув, заговорила она, – утром здесь так чудесно. Солнце заглядывает в окна, и пылинки вьются в его золотистых лучах. Вчера наше знакомство началось неудачно, но сегодня… замок Гостли уже кажется мне домом.

Нет, нет, нет! Никакой это не дом.