"
"— Так жемчуг пахнет по-другому, нежели ваши самоцветы! Он ведь живой, а не холодный камень! Речной — потому что он дешёвый. Княжеская дочь точно не будет путешествовать в почтовой карете. Вот и весь сказ. Ты меряй, давай! Хошь, я отвернусь?
Ну, надо же, какой джентльмен! Сие творение местного кутюрье я натянула поверх пижамы (лень было снимать ее). Покрутилась возле небольшого зеркала на туалетном столике, то одним боком, то другим, пытаясь разглядеть себя в неверном свете одинокой свечи.
Ну, с натяжкой на то, что пижама под платьем, и то, что шнуровка сзади, то платье мне подходило по размеру. Пойдет пока, не могу же я все время носить одежду неведомой мне Майи десятилетней давности, как минимум.
Туфля оказалась такого же розового цвета, только шелковая, с небольшим каблучком. Но была чуть-чуть, примерно на полразмера мне большевата. Ну, большое — не малое, на чулок или носок и нормально будет. Посоветовавшись, мы решили, что Хаська завтра с утра поведет экспедицию по поиску как бы моих тряпок к месту их нынешнего пребывания.
Я намеревалась сейчас лечь спать, а Хаська сообщил, что он побежал ""контролировать периметр"". И где слов таких нахватался?
— У тебя же в голове! Там столько мусора разного! Жизни не хватит все понять! Однако я ещё в деревню наведаюсь, посмотрю, что там за Гаврила такой. Вдруг да раскулачивать придется!
Я замахнулась на этого ""телепата"", он захохотал демонически и шустро смылся в чуть приоткрытую дверь.
Утром прибежавшая Верка докладывала мне последние новости по дому и поместью. Когда она только успевает все узнать? Причесывая меня, она тарахтела.
— Глафира с самого утра все кладовые проверяет да проветривает. Мамке столько новых касруль дала! И девкам для уборки и щелоку выдала и щетков! И тряпок разных. Ой, барышня! Игнатьевна, как узнала, что Глафира теперь ключница, ажно завтракать не стала! Лушка ей в камору принесла, а она велела унесть! И лежит.
А Фиска с Грунькой ревут, да гребут все из птичника. Все аж сбежались посмотреть на это чудище невиданное — чтобы Фиска да Грунька работали, так такого никто и не упомнит! А ещё новый управляющий, почитай, до свету встал, да взял Прошку и Семку с конюшни, загрузили две телеги зерном летошним да поехали на мельницу. Мамка им едва успела сунуть по краюхе хлеба да солонины. Да десяток яичков варёных.
