Из западни

Во-первых, решено десятидюймовые стволы использовать на броненосном крейсере «Кореец».

– Но на нем же только одно орудие. И в единственной башне. Да еще и предыдущей модификации вдобавок. Скорее всего, нужно будет менять станок для более мощной пушки с «Трайэмфа».

– Наши артиллеристы утверждают, что можно доработать имеющийся. А три ствола в запасе позволяют стрелять боевыми на тренировках хоть до изнеможения. Сожгут один – поставят следующий. Отсутствие еще нескольких пушек в залпе компенсируем точностью попаданий одной-единственной.

– Сразу не скажу ничего. И ничего не обещаю. Мне придется проконсультироваться со специалистами. Хотя теоретически не исключаю такого варианта, с доработкой лафета и накатника.

– Проконсультируйтесь, пожалуйста. И немедленно. Сегодня же. Эта задача очень и очень срочная, но, само собой, особо секретная. И вы, и завод в Шеффилде в накладе не останетесь, если потребуется изготовление новых деталей в сжатые сроки.

– А не быстрее ли сделать в Англии «родные» станки?

– Возможно. Но это решение уже принято.

– Ясно, государь. Через три дня ждите от меня предложения, смету и расчет времени по станку для «Корейца». А цифры и расчеты для господина Бринка я постараюсь передать ему завтра к вечеру.

– Прекрасно, любезный Василий Васильевич. Радует, что вы поняли важность для нас этого мероприятия. Приятно иметь дело с деловым человеком. И не забудьте, пожалуйста, смету ваших услуг. В заключение нашей с вами деловой беседы, как было нами обещано еще в марте, конкретизируем некоторые моменты по возможному вскоре заказу у вас с сэром Артуром большого броненосного корабля. Как нам доложили, ваши проекты новых броненосца и броненосного крейсера для японского флота утверждены их Морведом, и в июне ожидается выдача заказа верфям в Курэ и Йокосуке, не так ли?

– Приходится наводить справки, приходится, любезный Василий Васильевич.

– Но у нас об этом осведомлены не более пяти человек, включая меня, сэра Артура и…

– Поразительно! Всегда считал азиатскую секретность непроницаемой.

– В мире есть еще много удивительного. Россия тоже на три четверти не Европа.